наверное, со всей очевидностью понимает, куда она так летит.
— Поехали?
— ...
Обязательно. Но зайдем на минутку в кафе, у меня для тебя подарок.
Подарок? Ну вот это лишнее, чувствую себя неудобно, неужели всерьез влюбилась? Но, слава богу, подарок оказывается не материальным, а скорее духовного характера. Пока ждем заказанных 2 чашек кофе, она берет мой телефон, делает какие-то уверенные манипуляции, и закачивает в него файл.
— Это моя самая любимая песня. Нет, не запускай сейчас, послушаешь, когда будешь один и будешь вспоминать обо мне.
— Теперь поехали.
— Подожди, Галя, допьем кофе.
— Не хочу кофе, хочу тебя.
— Ну хотя бы подожди, деньги отдам.
Мы поехали в другую гостиницу, поближе. Могли бы и пешком, не более 10—15 минут медленным шагом, но не терпелось. Тоже всего лишь на 2 часа. Любовь любовью, но дома девочки-подростки, которым мама не хочет давать повода для вопросов, а с кем она так задержалась после работы. Номер был более стандартный, без большого зеркала и пуфиков, с традиционным столиком и двумя стульями, но других отличий во встрече практически не было. Единственное, в вагинале была опробована также поза наездницы, перерыв с перекуром был сделан после анала, и после него я первым сделал куни, и уже потом она, ответной любезностью — минет. И если в первый раз, после кончания в рот, она хотя бы побежала в ванную, то сейчас, на правах уже более близкой знакомой, отвернулась к противоположному концу кровати и сплюнула на пол, затем вытерла губы полотенцем. Увидев мой удивленный взгляд, почти без смущения пояснила:
— Не могу я проглотить, хоть убей. Ты уж извини меня, не обижайся, хорошо?
— Ничего страшного, Галя, не переживай. Главное, в рот принимаешь, и те самые действия делаешь, что я рассказывал, «стой-давай», мне этого достаточно.
Обратно мы такси звать не стали, прогулялись до ее офиса. Так как опять получилось, что у нас во время интима не было интимных разговоров, а только интимные действия, то я решил сейчас немного затронуть ее личную жизнь, хоть чуток понять причину постоянной грусти и какой-то обреченности.
— Галя, ну вроде мы уже так подружились с тобой, я тебе много чего о себе рассказал. А ты как партизанка, ничего не говоришь о себе. Мне же тоже интересно, чем живет моя подруга, какие у нее интересы и желания, какие проблемы и переживания.
— DD, помнишь, когда мы только-только в Инете начинали беседовать, ты как-то сказал, что не любишь вечно недовольных, вечно больных, вечно ноющих людей?
— Ну вообще-то помню, хотя это относилось скорее к мужчинам. Да и ты не жалуешься ни на что, просто молчишь.
— Я не хочу грузить тебя проблемами, они только мои. Ты ж не поможешь мне, если узнаешь, что у меня есть проблемы со здоровьем? И не обрадуешься, если узнаешь, что есть у меня мужчина, фактически твой соперник, с которым я знакома давно, дружу давно, знаю, как он хочет меня, но притворяюсь, будто я его не хочу, тогда как, мне кажется, я его люблю еще больше, чем он меня, но чего-то боюсь, боюсь, боюсь...
— Знаешь, Галь, что скажу? Я действительно не врач, в медицинском плане ничем не помогу и даже не посоветую, только могу выслушать и искренне пожелать тебе здоровья, не более того. А вот со вторым случаем ты сильно ошибаешься. Жаль, что мы уже подошли к офису, давай в следующий раз постараемся так встретиться, чтоб было времени больше, поговорим начистоту. У меня богатый опыт, очень многие женщины мне доверяли свои тайны, и обычно мои советы помогали. Ты можешь отпроситься на весь рабочий день, с утра? Или маму попроси, пусть с дочками останется, а ты со мной на ночь?
— На ночь нет, а на весь день, часов с 10 утра могу. Да ты ж на гостиницах разоришься, с почасовой оплатой.
— Во-первых, не разорюсь. Во-вторых, есть у меня одна задумка, в общем, место будет и без всякого ограничения по времени.
— Тогда скажи мне, в какой день мне
