гандон, — злючится Эльза, — я тебе пизду на нос повешу.
— А я тебе дома весь хуй и яйца искусаю, припомню эту колбасу, — выговаривает Люся.
— Вот тебе и раз! За свои же шанежки я же пидараз, — усмехается порноактёр, с удовольствием дожёвывая колбасу.
Аркашка сжимается пополам от смеха. Он такого уже не может вынести.
— А я тебе говорил, Костик, что благими намерениями выстлана дорога в Ад, а ты не верил, — говорит мужчина не оборачиваясь, — всё, труппа, обед готов, говорит Палыч, — жрать подано, господа.
— Ты кого трупом сейчас обозвал, плафон дырявый? — говорит Эльза.
— Ну всё, хватит, прекращаем балаган, за обедом без матов, а то я вам поганые рты мылом начищу, — хлопает в ладоши главный.
— Не соизволите ли передать кусочек хлеба, милейший? — говорит Эльза Аркадию.
— От чего же не соизволить, — отвечает Аркадий, — с превеликим удовольствием.
— Премного благодарна, — говорит девушка.
— Миледи, не сочтите за труд, — говорит Константин, — передайте, пожалуйста, соль.
— Барон, мне вовсе это не в тягость, — говорит миледи, — пользуйтесь моей добротой, пока... А дома. Ах, — поднимая очи потолку, — стонет женщина, — я вам ласково и нежно что-то покусаю.
— Не хорошо это, месдамес, таить злобу на друга своего, забудьте всё и не будьте так мстительны. Так я прощён?
— Ах, — восклицает месдамес, — я такая слабая женщина, вы мною крутите, вертите как хотите, прощены, монсеньор, присно и во веки веков.
— По-моему, это не из той оперы, мон шер, — строя глазки подруге, говорит Эльза.
— Тебя не спрашивают, ты и не сплясывай, — говорит Люся, но тут же остыв, — простите меня за мою несдержанность, графиня, я порою сама не знаю, что говорю. Я такая вся внезапная, как вихрь в полнолунье.
— Примите моё прощение, — благосклонно кивает головой графиня, — и передайте перчику, нет, нет красного, он такой жгучий перчик, ах, ах, ах.
Внезапно Палыч и Аркаша начинают дико хохотать, вскоре девушки подключаются. Один Костик невозмутим. Сначала он стащил картошку у своей благоверной, потом у подруги.
— Ладно, — говорит Палыч и передаёт картошку Костику, тебе уже некуда худеть и хлеб весь доешь. Триста раз отжаться это что-то и ни разу не схалтурил, уважаю. А мне надо тоже скинуть пяток кило. Девочки, пятнадцати минутный перерыв и начинаем первую сцену. А ты чё сидишь, — напускается он на оператора, — всё готово?
— Всегда готов! — отдавая пионерский салют, докладывает Аркаша. — Костян, доешь, помоги откорректировать освещение. Сейчас съёмка будет с двух метров.
— Уже иду, — говорит Костян, дожёвывая кусок хлеба на ходу.
Подвигав отражающие экраны и осветители он наблюдает как девушки переодеваются.
— А я тебе говорю, что директор должна иметь чёрную юбку и белую блузку, — увещевает подругу Люся.
— С какого это пня? Почему не однотонное платье? Давай спросим мужчину. Мужчина, — подзывая пальчиком мужчину, говорит Эльза, держа в одной руке однотонное платье, а в другой юбку и блузку, она спрашивает мужчину, — как вы думаете...
— Я не думаю, я знаю, — перебивает девушку мужчина, — в сценарии чётко написано, что директриса снимает свою блузку и обнажив свои груди, позволяет секретарше облобызать их. Какое ещё платье?
Эльза быстро листает сценарий и с сожалением говорит:
— А, вот нашла... он прав. Ты где его нашла с такой феноменальной памятью? — выговаривает та фальшивой брюнетке.
— А, вот, нашла, — отвечает брюнетка и ласково целует того, кого нашла в щёчку.
Сцена первая
Директор Алевтина Владимировна, знойная блондинка, гордо восседает за столом. Она напялила на переносицу огромные роговые очки с линзами в ноль диоптрий для солидности и листает подшитые документы.
— Хм, ну надо же? — хмыкает она, — а кто за это будет платить?
Внезапно будто что-то вспомнив, она снимает трубку телефона и зло говорит:
— Катюша, зайди ко мне сейчас же.
Открывается дверь
