парочку, в этом доме как-то сыро и прохладно. Сел в кресло, лениво толкнул ногой Вику, она безвольно перевернулась с бока на спину, глаза остались закрыты, а тело расслабленным. Владимиру я верю, она хотела меня убить, и я должен соответствующе её наказать, а то Катя воодушевится примером подруги и ждать мне ножа в живот тёмной ночью... Убить, как-то это вульгарно, в голове появилась абсурдная, но очень интересная мысль. В деревне я провёл почти неделю, отоспался, развлёкся, поимел всех симпатичных девок, пару раз колдовал по мелочи, но особенно запомнилась беременная девка, что чуть ли не в обморок падала от страха, когда я разглядывал её.
Нет, это не то, о чём вы подумали. Я не драл беременную и не пытался принести в жертву сатане ещё не родившегося младенца, вовсе нет, я просто смотрел. Беременность сильно меняет организм женщины, именно подробности этого процесса я и разглядывал при помощи магического зрения. Владимир ещё говорил, дескать, дурью маюсь и делать мне больше нечего, зато, теперь смогу в точности воспроизвести увиденное, но теперь с Викой. Я проверил резерв, ещё три четверти силы осталось, этого должно хватить на реализацию задуманного, это должен быть очень интересный эксперимент. Я опустился на колени перед девушкой, достал кинжал и не церемонясь разрезал ткань платья, полностью обнажая её молодое и здоровое тело. Мой член мгновенно напрягся, когда я начал мять не маленькую грудь, но я постарался успокоиться, сейчас у меня другая цель. Швырнув комок ненужной ткани в разгорающийся камин, я прикрыл глаза и максимально сосредоточился, положив ладони на живот девушки. Мой внутренний взор проник под кожу, под плоть, в её глубины прямо к матке. Плести узор было легко, для этого не требовалось много силы, но объём работы немного пугал. Я копался в памяти, выискивая нужные плетения, арсенал Владимира, ведь это его память, поражал своим богатством, я был дураком, когда думал, что некромант почти ничего не может. Постепенно я разобрался с плетениями и их назначением, не увеличивая матку, я смог повысить уровень выработки гормонов, был нужен эстроген и прогестерон. Закончив здесь, я немного увеличил щитовидную железу, это важно для достаточности кальция в организме, ведь я не хочу, чтобы она рано умерла. Самое сложное было в мозге, я с опаской манипулировал тончайшими нитями силы, чтобы заставить заднюю долю гипофиза вырабатывать пролактин, побольше пролактина, чтобы грудь максимально набухла и давала много молока.
Прошло три или четыре часа, работа была кропотливой и сложной, поэтому время летело незаметно. Я открыл глаза и посмотрел на творение рук своих. Ничего не изменилось, по крайней мере внешне, зато я запустил процесс беременности, только без ребёнка. Очень скоро грудь Вики начнёт расти, набухать, а позже и вырабатывать молоко, буду использовать её вместо коровы, говорят грудное молоко вкусное и полезное. Усмехаясь, я аккуратно убрал силу из плетения, что держало девушку без сознания, она медленно открыла глаза и отшатнулась, увидев сидящего на полу рядом с ней меня.
— Стоять! — Рявкнул я, хватая её за волосы и с силой дёргая на себя. Она вскрикнула и вцепилась ногтями в моё запястье, видимо решила, что теперь терять ей нечего. Две сильные затрещины быстро её успокоили, она лежала на ковре и рыдала, пока я не торопливо расстёгивал ремень.
— Убийство — Это величайший грех. — Наставительно сказал я, с силой опуская ремень на её беззащитные бёдра. — Она завизжала и начала лихорадочно тереть пострадавшее место, ошпаренной змеёй извиваясь на ковре. Я с удовольствием отметил красную полосу и яркий отпечаток от пряжки, нечего жалеть суку, у неё был шанс раздвигать ножки и жить спокойно без экзекуций.
— А ты покусилась на мою бесценную жизнь. — Сквозь зубы процедил я, стегая её по спине, она визжала как резанная свинья, глаза были безумными и в них стояли слёзы, я
