говнюк. Но раз уж ты во всём признался, будет тебе за этой небольшой подарок.
Сказав это, Фэйт приподнялась, и сместилась в сторону так, что её промежность нависла как раз над лицом Руперта. Кросс заёрзал и стал вертеть головой, поняв что задумала девчонка.
— Чего разнервничался, придурок? Тебе ведь не терпелось отведать женского тела. Вот сейчас и отведаешь! — проговорила девушка с издевкой, и опустилась Руперту на лицо.
Кросс упрямо стиснул зубы, отчаянно не желая касаться своим языком промежности Фэйт. Подчинился Руперт только после того как Фэйт пригрозила отрезать ему уши и нос. Открыв рот, скривившийся Кросс высунул язык, и принялся лизать нависшую над его лицом щёлочку. Делал он это настолько неумело, что Фэйт «сжалилась», и решила ему немного помочь. Схватив Руперта двумя руками за голову, она в упор прижала её к своему лобку. Кросс выдавил из себя что-то нечленораздельное.
— Активнее, придурок, активнее! — шикнула на него Фэйт, ничуть не заботясь о том, что Кроссу не хватает воздуха.
По большому счёту Фэйт было наплевать на качество кунилингуса. Сам факт того, что мужик, который старше неё лет на 10, пресмыкается, и ведёт себя как плаксивая тряпка, возбуждал девушку намного больше чем его неумелые ласки. А в возбуждённом состоянии Фэйт становилась ещё более непредсказуемой, чем в спокойном. Отпустив голову Руперта, девушка села мужчине на живот, и наощупь взяла в руку его член, который, что неудивительно, по-прежнему был вялым.
— Ну что, придурок, готовься к скачкам! — азартно воскликнула она, и стала в быстром темпе надрачивать член Кросса.
Чувствуя себя жертвой изнасилования, Руперт старался думать о чём-то очень неприятном, однако манипуляции Фэйт с его членом привели к ожидаемому результату — тот достаточно окреп, и был готов к бою.
— У тебя осталась последняя возможность доказать что ты мужик, а не тряпка. Если я кончу раньше тебя — можешь валить на все четыре стороны. Но если облажаешься — останешься без своего стручка! — поставила ультиматум Фэйт.
— Нет! Я не согласен! — запротестовал побледневший Руперт.
Девушка улыбнулась своей коронной улыбкой, ранее напугавшей Кросса, и приподняла корпус.
— А я у тебя разрешения и не спрашивала, придурок! — сказала она, и резко опустилась на член Кросса.
Полностью приняв в себя член Руперта, Фэйт начала двигаться. От Кросса требовалось только одно — сохранять выдержку, поскольку всё остальное делала Фэйт. После первых пробных толчков, девушка стала стремительно набирать темп. Лежавшему неподвижно Руперту казалось будто скачущая на его члене девка выжимает из него все соки. Набрав максимально быстрый ритм, Фэйт стала отвешивать Кроссу пощёчину за пощёчину и выкручивать соски, надеясь таким образом хоть немного приблизить оргазм. В её представлении боль и наслаждение шли рука об руку. Поэтому Фэйт не воспринимала лежавшего под ней мужчину как полноправного секс-партнёра. Для неё он был пустым местом, эдакой безвольной игрушкой, не имевшей права получать удовольствие от происходящего. Руперт его и не получал, и воспринимал происходящее как пытку. Он стойко терпел все издевательства над своим телом, моля Бога чтобы безумная девка поскорее получила свой оргазм, и весь этот кошмар закончился. Однако Бог не услышал молитвы Руперта. В результате быстрых скачек в яйцах Кросса скопился заряд спермы, готовый выплеснуться наружу. Почувствовавшая это Фэйт сделала последний рывок, поднялась и резко отстранилась в сторону. Член Руперта запульсировал, и выстрелил семенем, которое тут же попало мужчине на ноги и живот. Тяжело дыша, Кросс поднял голову, и с опаской посмотрел на девушку, с тревогой ожидая вынесения вердикта.
— Незачёт! — разочарованно проговорила Фэйт, и потянулась к лежащему на прикроватной тумбочке ножу.
Вопли Руперта были слышны даже в коридоре, но никому даже не пришло в
