от чего она делалась шире и, в сочетании с узкой талией и выпрямленной спиной, это смотрелось очень сексуально....
Движения становились быстрее, стоны девушки не прекращались и постепенно к ним прибавилось тяжёлое дыхание Сергея. Его взгляд направился в сторону Степана и тот отрицательно покачал головой. Ладно — трахать, но кончать внутрь прерогатива только хозяина. Сергей понял и в последний момент снял девушку с члена. Та сразу ничего не поняла плюс в этот момент первая струя спермы ударила ей в подбородок, остальные попали на грудь, живот и начали стекать вниз.
— Апперкот спермой, — засмеялась Айгюль и вся компания её в этом смехе поддержала. Она пошла в душ, оставляя на полу капли спермы, которые успевали стечь с её идеального тела.
После этого и до конца вечера Айгюль сидела на коленях у Степана. Настроение у неё приподнялось, один раз она встала и говорит:
— А я умею танцевать танец живота.
— Так почему ты ещё его не танцуешь? Гости заскучали. Бегом на танец. — сказал Степан. При этом несильно, но очень звонко шлепнул её по голой ягодице, что вызвало улыбку у его гостей. У Саида же защемило сердце: сейчас его Айгюль, его любимая жёнушка будет развлекать своим танцем живота каких-то мужланов. Но самую сильную боль ему причинило то, что это она делает по собственной воле, причём, со своей инициативы...
Девушка убежала в спальню, переоделась соответствующим образом, надела лучшие украшения и вышла в зал. Все аж присвистнули. Айгюль взяла, приготовленный для такого танца, диск и вставила его в плеер. Заиграла быстрая арабская музыка, кожа девушки на животе начала двигаться в такт этой музыке. Её передвижения по залу были настолько плавными, что никто не мог оторвать от неё своих глаз.
Всё-таки вечер (хоть и глубоко за полночь) заканчивается, и пора ложиться спать. Степан попросил Айгюль пристроить ребят на ночлег. Не топать же им домой среди ночи... Она разложила в зале диван, а раскладушку Саида перенесли на кухню.
Сама же со Степаном улеглась в спальне на супружеской кровати. Они легли, даже не укрываясь и на эту картину нельзя было наглядеться: мужик весь в наколках, со шрамами лежал на спине, слева от него, на правом боку, лежала красивейшая девушка с гладкой кожей, длинными чёрными волосами и слегка приподнятой верхней губой. Она положила свою голову ему на грудь, левую руку на живот, согнув левую ногу в колене и обняв ею бёдра своего хозяина. От того, что она лежала на правом боку, разница между талией и попкой с левой стороны удвоилась. Её груди слегка приплющились и стали похожи на круглые толстые блинчики. Левая рука Степана легла на её правую ягодицу и слегка провалилась в ней. На лице Айгюль читалось наслаждение и благодарность. Короче, смотреть на это равнодушно нельзя было, особенно, если учесть, что они лежали на супружеской кровати, а через комнату в кухне, на раскладушке её муж ворочался и никак не мог уснуть.
Насчёт Саида можно сказать, что за весь вечер на него вообще никто не обращал внимания. Ребята, хоть и уголовники, но не беспредельщики, они просто хотели отдохнуть для души и рогоносца никто не трогал...
Степан относился к Айгюль и как хозяин, и как любовник одновременно. Единственным отличием стало, что он перестал её целовать. Ладно, свой член — одно, но чужой, хоть и друга, во рту девушки — совсем другое.
Через неделю Айгюль забеспокоилась: случилась задержка с месячными. Она побежала в аптеку, купила тест на беременность, и... результат ПОЛОЖИТЕЛЬНЫЙ! Для полной убеждённости она пошла к гинекологу, который подтвердил её залёт. Это событие вызвало у неё двоякие чувства: с одной стороны спонтанность, неожиданность, она не была готова к такой новости и не планировала иметь ребёнка. А с другой стороны она понимала, что самое полное счастье женщины — в материнстве и была немного рада. А то, что залёт не от мужа — её мало
