В моей голове происходили метаморфозы. Психолог по образованию, которое, кстати, мне мало чем помогло как в построении карьеры, так и в личной жизни, я понимала, что моя реакция на происходящее, мое стремительное падение и то, как относительно легко и быстро оно произошло, указывают на то, что подсознательно это было то, о чем я мечтала всегда. Припоминая свой сексуальный опыт, я стала понимать, почему после секса у меня в душе не исчезало чувство недосказанности и недотраханности.
Ни один секс в моей жизни нельзя назвать нежным, наверное, чувствуя, что в душе я шлюха, со мной так и обращались в постели. А мне было все мало... Хотелось, чтобы после секса поставили на колени, дали пощечину и спокойным тоном приказали так и сидеть, указав на мое место. Чтобы брали за волосы и входили в рот по самые яйца, не спрашивая у меня разрешения, смотря в глаза.
Мне было нехорошо, грязно, противно, но я никогда еще не ощущала себя такой свободной. Весенний воздух вокруг как будто наполнился ароматом разврата, все теперь было можно, все было сексуально.
Я была привлекательной девушкой, с длинными волосами, ладной фигуркой и круглой попкой, я была молода и грациозна. Но никогда еще я не привлекала к себе столько взглядов, идя по улице, как сейчас! Мужчины буквально пожирали меня взглядом, а те, кто присматривался повнимательнее, возможно, замечали края красных полос, вылезающих из моего не слишком глубокого выреза кофты.
После последней нашей встречи с Сабиной я несколько дней приходила в себя, взяв больничный. Пребывая в каком-то нервно-возбужденном состоянии, я не могла ни говорить с близкими людьми, ни даже выйти на улицу. Через два дня после упомянутого события я поняла, что все припасы дома закончились, и нужно сделать вылазку из дома.
Выйдя из дома в таком виде, как и была дома — в коротеньких свободных шортиках и мешковатой кофте, надетой поверх тонкой жакетке, с шишкой на голове, в руках только кошелек — я вдруг поняла, что так и не сняла символ моей развращенности и унижения, ошейник. «Никто не обратит внимание,» подумала я, закрывая дверь.
Супермаркет находился недалеко, в пяти минутах ходьбы от дома, но улица была темная и безлюдная. Без происшествий дойдя до магазина, я начала бесцельно и рассеянно ходить между рядов, думая о своем. Мое дыхание заметно участилось, когда я задумалась о том, что заставила бы сделать меня моя хозяйка, да-да, в душе я называла ее именно так, и это безумно меня возбуждало) будь она здесь. Мои соски встали торчком сквозь белую майку, а щеки начали пылать. Думая, что меня никто не видит, я встала в отдаленном и безлюдном конце ряда, прислонилась спиной к полкам и закрыла глаза, пытаясь не спугнуть фантазию. Прошло, наверное, минут 7, когда мужской голос, такой, по которому кончают обычно девушки, тихо прошептал мне в ухо:
— С вами все хорошо?
Не сразу осознавая что происходит, я, не открывая глаза, с легкой улыбкой кивнула. Медленно открыв глаза, затуманенным взглядом я поглядела на мужчину лет 30, на его прямой красивый нос, чувственные губы, легкую небритость, цепкий взгляд. Возможно, во мне говорило мое нынешнее состояние, но я нашла его очень привлекательным. Он внимательно смотрел на меня, осматривая мою шею в ошейнике, набухшие соски, голые ноги. Не каждый день встретишь подобную картину, наверное, ночью в супермаркете.
Я запахнула жакет и, проскользнув мимо него, пошла быстрым шагом к кассе. Уже выйдя из магазина, и забыв про мужчину, я почувствовала, как за мной кто-то идет. Я оглянулась и он, как ни странно, помахал мне. Мне стало страшно и я ускорила шаг.
Когда я вошла во двор, то заметила к своему ужасу, что он все еще идет за мной. Внезапно я подумала: «Что же мне терять, на маньяка он не похож, хотя кто знает, а достоинство терять мне не впервой. Может, я и есть на самом деле шлюха?»
Обдумывая на следующий день свои действия, я понимала, что они
