Я знаю Пашку уже лет пять. Он всегда был моей подругой, никогда не проявлял ко мне мужского интереса, знал моего мужа. За период нашего знакомства были и у него отношения. Его девиц я знала по фото, но как-то очень переживала за него — не нравились они мне. В его личную жизнь я старалась не лезть, но я обнаружила некую закономерность. После моей критики в адрес очередной его подруги (он всегда показывал мне их фото), Пашка переставал с ними общаться. Вначале я думала, что это случайное совпадение, но позже, па пятом случае, я поняла, что моё мнение играет для него ключевую роль. Как-то я сказала ему:
— Паш, мне хоть вовсе молчи! Ты и впрямь так ко мне прислушиваешься?
— Ты же мой идеал! — ответил он, преподнося это как шутку.
Мы оба посмеялись и сменили тему. Но мысль в моей голове всё равно не давала мне покоя. Ведь Паша действительно в последний год стал странно на меня смотреть. Бывает, сидим с ним на лавочке общаемся, а он уставится на мои босоножки, и словно проваливается в какую-то другую реальность. Я его всегда воспринимала как друга, и не допускала мысли о том, что Пашка может быть мне не только другом. Тем более что это не мой типаж мужчины. Мой муж знал это, доверял мне и не ревновал, если я провожу с Пашой время. Позволял даже ходить с ним в кино, кафе и т. п. Мой муж ходил в моря. Он понимал, что пока он в рейсе, ко мне труднее будет кому-то подкатить, если я иду по улице с мужчиной. А в этом мужчине мой муж конкурента не видел.
Мысли о Пашке и его безумном взгляде меня интересовали, но в пределах разумного. Задумавшись о нём на несколько мгновений, я легко переключалась на что-то другое. Но однажды он меня сильно, очень сильно удивил. Он дождался, пока мой супруг уйдёт в очередной трёхмесячный рейс, выждал ещё неделю, и, будучи у меня в гостях, сообщил:
— Катя, то, что я хочу тебе сказать, может разрушить нашу дружбу. Я ей дорожу и не хочу её терять, но в последнее время мне не дают спокойно жить другие эмоции, которые я тоже не могу от тебя скрыть. Я уважаю твой брак, и ни в коем случае не хотел бы способствовать его развалу.
Я насторожено смотрела на него. Он всё-таки отважился мне о чём-то сказать, но вёл себя крайне неуверенно. Я сразу решила, что ели он сейчас начнёт о сексе, то я сразу отошью его. Причём резко, чтобы не давать второго шанса. Павел продолжал:
— Я знаю, что ты никогда не пойдёшь на измену своему мужу.
— А ты меня, что утешить решил, пока он на работе? — засмеялась я.
— Нет, ты что, мне не нужно, чтобы ради меня ты приносила в жертву мораль своего супружества.
— Ты можешь поконкретнее говорить, Паш!?
Он выдохнул, и продолжил:
— Я хочу тебя поцеловать!
— Ха-ха! Ты опять шутишь, Паш. Иди я тебя поцелую! — засмеялась я.
— Нет, всё не так, — забубнил он, — не по-дружески и не в губы. Я хочу тебя поцеловать туда! — и он протянул свой палец в сторону моих пальцев ног.
Я быстро сообразила, что он не шутит, но подкатом для секса я бы это тоже не назвала, и поэтому дала ему возможность объясниться.
— Кать, я этого уже давно хочу. Эти мысли не покидают мою дурную голову. Я позволил себе это сказать, так как для тебя это не является изменой. Твоя совесть чиста.
— Ты за мою совесть не отвечай!
— Прости.
— Просто хочешь поцеловать и всё? Твоя душа удовлетвориться и мы забудем этот разговор? — уточнила я масштабы всех его помыслов.
— Я бы хотел это делать всегда! — выдавил Павел.
— Всегда!? Нет, я пас. Ищи кого-нибудь другого и с ним воплощай свои фантазии.
— Но мне не нужна другая, мне вообще секс не нужен. Ты же знаешь, что мне другая не нужна!
— А что тебе нужно, «всегда целовать мои ноги?» — засмеялась я. — Это звучит даже по-дурацки. Нет! Нет, даже потому, что я не смогу смотреть тебе в глаза во время и после этого! Я тебя знаю пять лет, и тут сидишь ты у меня в ногах и целуешь их, лижешь, а смотрю тебе в глаза. Нет, уходи, Паш. Иди домой.
Я осталась одна.
