Так без трусов и пришла на свидание? Или когда отлучалась в дамскую комнату в кафе, точно и безошибочно просчитав, что обязательно последует приглашение на уединение? Да какая разница?! Аксюша смеется моему неподдельному удивлению,...
щелкает слегка пальцем по носу и почти беззвучно произносит «сюрприз». Затем, попытавшись ухватить меня за несуществующие волосы, и за их неимением взявшись за лысую башку, пригибает мою голову к своему широко распахнутому междуножью.
Скажу вам честно, я не любитель волосатых кисок. И с точки зрения эстетики, и практической реализации полового акта (а тем более кунилингуса), мне больше импонируют женские гениталии с минимумом (а лучше совершенно без) волос. Это мое четкое имхо, ничуть не осуждаю любителей естественности или каких-то вычурных интимных причесок, их личное дело. Но в данной ситуации мне, распаленному поцелуями и вкусным ароматом Аксаны, ярко-розовая щель в обрамлении черных курчавых волос, показавшаяся сразу под платьем без нижнего белья, только добавляет возбуждения, не до привередничанья, думаю, что ничему они не помешают, раз задуманы самой матерью-природой.
Но... помешали. То ли волосы удерживали не очень приятный запах, бывший следствием жаркого дня и посещения туалета, то ли разительный контраст между бесподобным парфюмом и естественным запахом тела, но начальное куни я прервал довольно скоро, сказав «давай быстро в душ и продолжим».
Сходили в душ и продолжили. И не зря она посетила ванную комнату, взяв с собой висящую в прихожей сумочку. Продолжили мы уже не целуясь в губы, а сразу развернувшись в 69 для обоюдного орального секса. Было замечательно, уже никаких претензий. Запах и вкус естественной смазки чистой женщины вкупе с ароматом каких-то средств интимной гигиены заставлял меня вгрызаться и всасываться в ее половые органы, пить ее влагу, захватывать губами клитор, имитировать трах языком. При неустанном ощупывании, поглаживании, исследовании руками прилегающих областей: бедер, попы, спины, боков. Не менее замечательно было и члену. Со знанием дела и мастерским умением Аксана сосала, то быстро и размашисто, то перекатывала как леденец во рту, тыкала головку в одну и другую щеку, точно так же не забывая о ручных ласках моего тела и нежном подергивании прилегающего к нему волосяного покрова.
И значит, лечу это я, лечу... то есть лижу это я, лижу, принимаю с кайфом ответный отсос и лениво так думаю, еще немного поласкаемся так и надо будет ее раком поставить, трахнуть по-серьезному, чай не девчонка-целочка, чтоб минетом удовлетвориться, или может, раз уже лежу на спине, пусть амазонкой насаживается и скачет себе, доминам такая поза вроде больше должна нравиться, чем покорная коленно-локтевая. И вдруг, начинаю постепенно какой-то дискомфорт ощущать. Причем с нарастанием. Блин, что такое?
В силу ли своей привычки случайно или специально задумав такую проверку — не могу знать, но Аксана тихой сапой стала подбираться к моей заднице. Когда она еще ласкала влажным пальчиком вокруг дырки или, не внедряясь вглубь, водила круговыми движениями, все было нормально. Но как только в моем анусе оказалось больше, чем полфаланги, болевые ощущения перевесили кайфные от минета. Ерзаю туда-сюда пятой точкой, пытаюсь освободиться от ее пальцев — бесполезно. Может, она даже это как поощрение поняла, бросила сосать и уже со всей дури пытается пропихнуться. Ага, щаз! Ну все, Аксанка, пипец твоей попе!
Шлепаю по ее попе и убираю с моего лица. Выбираюсь из-под нее.
— Я тебе говорил, чтоб не лезла в мой зад? — со зловещей улыбкой интересуюсь у Аксаны.
— Ой, ну что такого? Прям оскорбился.
— Да не оскорбился я. Больно и неприятно. Я тебе говорил? Говорил. Ты мне не поверила. Значит, подставляй свой зад. Обещала же? Будь добра сдержать слово.
— Я насухую не дам.
— У меня