потом пришлось пересилить себя, так как нужно было сдавать лазанье по канату на оценку. Все вышло, как она и предполагала, толи от волнения, что на нее смотрят пристальнее обычного, все ждали шоу, толи от воспоминаний, как это было в первый раз, только она подходила к этой болтающейся веревке уже возбужденной. Она собралась, обхватила ногами канат и стала ползти вверх. Кончила она на середине пути, но девочка только закрыла глаза и крепче сжала зубы. Несколько мелких судорожных рывков никто не заметил, а она все также с закрытыми глазами долезла до верха и слезла вниз. Все ждали, что она опять застрянет, но этого не произошло и, разочаровано махнув рукой, одноклассники больше не обращали на Веронику внимание. А она в этот день успешно преодолела канат еще два раза и каждый раз она беззвучно и незаметно для окружающих кончала. Потом она узнала про отношения мужчин с женщинами и в своих играх она нередко представляла, что это не пальчик ласкает ее, а сильный и красивый мужчина страстно овладевает ею. Позже она, представляя, что это красавчик из журнала или актер, а не большая подушка, которую она обнимала и неистово терлась об нее своей взмокшей промежностью. Затем пошли свидания с парнями, первый поцелуй, тисканье подрастающей груди. Но Вероника воспитывалась строго и как говорится до свадьбы ни-ни. Вот и приходилось продолжать удовлетворять себя украдкой от родителей, так как парням с ней было не интересно, они хотели секса и долго встречаться всухую никто не хотел. Далее все по накатанной схеме институт, свадьба. Замуж она выходила девственницей, и не знала, и не умела, да что там, даже голого мужчины толком не видела и не щупала. Ее коробило от предложений заняться анальным сексом, а в рот, как выражался муж, брала только под шафе и после настоятельных уговоров. В общем, у нее была нормальная семья и, как она считала с нормальной половой жизнью. Ее детские грезы и мечты о том, что сексом она будет заниматься каждый день с красавчиком мужем, разбились о быт и трудности ухода за детьми, к тому же поначалу жили они в однокомнатной квартире. И сексом занимались под покровом ночи, когда ребенок уснет и то под одеялом. Это потом они переехали в эту трехкомнатную квартиру, но родилась дочь и опять бессонные ночи, только не от секса, а от детского плача. Когда детки подросли и только они могли начать жить, так сказать, для себя, в автокатастрофе погиб супруг и все оборвалось. Она долго страдала убивалась, но все же смогла взять себя в руки. А выйти в свет помогла Ленка, это с ней Вероника, отрывалась в ресторанах, цепляя ухажеров.В тот период, ей не нужен был цветочнобукетный период, быстрый перепихон в туалете устраивал обоих случайных партнеров. Таких вылазок сначала хватало на неделю, потом интервалы стали уменьшаться. Они с подругой могли днями пропадать по саунам, дачам, каким-то базам отдыха, в общем не жизнь, а сплошной праздник. Для домашних они были в командировке и даже Ленкин муж в это верил, так как репутация Вероники была безупречной. Но случай с кавказцами, когда они толпой захотели групповуху с ней и с Ленкой заставил задуматься. Она правдами и неправдами убежала оттуда, Ленка дуреха не захотела и осталась. Вероника до утра караулила под сауной и только когда солнце показалось над деревьями из ворот вышла, точнее будет сказать выползла ее боевая подруга. Она была абсолютно голой, вся в засохших подтеках спермы, в слезах и потекшей косметикой, волосы беспорядочно торчали в разные стороны. Из одежды был только один изодранный в клочья чулок, шпильки, и маленькая сумочка. Ее «дырки», как сама Ленка называла свои давательнопихательные отверстия, были красными и растраханными этими животными, а губы распухли, словно в них накачали ботокса. Ленка шла враскорячку и кривилась от каждого шага. Вероника отдала ей свою кофточку, они поймали такси и все же благополучно добрались домой. В
