Лилей страсть затмила полностью и мои мозги, и наверное ее. Какая ванная, какой диван, когда под моими губами так услужливо поддаются ее, когда мы сосем языки друг друга, и не насыщаемся ласками. Сразу говорю, что ряд дальнейших событий до некоего эпизода, я не помню, а просто восстановил по наиболее вероятностному пути.
У меня не хватило терпения дать ей минуточку, чтоб нормально раздеться. Я стал щупать ее тело, вытащил блузку из брюк, стал расстегивать пуговицы снизу вверх, при этом стараясь не прерывать поцелуя в губы. Дорасстегнув до лифчика, я не догадался в пылу страсти чуть приподнять ее (а она уже полулежала, я на ней и она ответно расстегивала пуговицы моей рубашки, только сверху вниз), чтоб найти застежку, и вывалил грудь не с верхней части, а подтянул бюстгальтер вверх. Какая классная грудь, как хочется ее поцеловать, пососать соски, но и отрываться от губ как не хочется!
Она гладит мою грудь, расстегнув рубашку, слегка сжимает мои соски. Ее руки блуждают по моему меху, я аж урчу от приятности ее ласк. Все-таки от губ приходится оторваться, в максимальном темпе я снимаю с нее брюки, бросаю на стоящее рядом с диваном кресло, туда же летят мои брюки с трусами, ее трусики я стягиваю, но они продолжают болтаться на щиколотке левой ноги, которая на полу, а правую ногу я кладу на спинку дивана. На снятие моей рубашки с майкой и ее блузки с лифчиком терпения не хватает — и вот картина маслом. Оголенные ниже пояса мужчина и женщина, но выше пояса с расстегнутыми и не снятыми рубашкой и блузкой, с задранными на шею лифчиком и майкой, яростно трахаются. Я снова вернулся к столь привлекшим меня губам, грудь тискаю и иногда посасываю соски, но снова упорно возвращаюсь к губам, а она тоже самозабвенно целуется, гладит мои бока и спину, иногда слегка царапает ногтями ягодицы.
Нежно-страстный трах длился ли минуту или пять или десять, сказать не могу, но нашу безумную страсть сбил звонок телефона. Моего. Сотового. Первая мысль была, к черту, пусть звонят до посинения, брать не буду. Вторая мысль — верещание звонка напрягает, надо отключить. Не смотря, тянусь рукой к журнальному столику, чтоб наощупь найти кнопку сброса. Но Лиля этот жест поняла, что я возьму трубку и буду говорить, соответственно убрала свои губы от моих и чуть повернула голову набок, давая мне возможность говорить по телефону. Ну ладно, раз так, посмотрим, кто там звонит и чего хочет?
По закону подлости, звонили с той самой конторы, где я уже был утром, и откуда звонили чуть попозже. Обновление все-таки село кривовато, и вариантов было два. Если б за компьютером сидел я, нужные манипуляции для преодоления ошибки заняли бы одну минуту или меньше. Я попытался сказать, приеду через час и все исправлю, это вызвало бурю негодования, тем более звонил не оператор, а начальница этой конторы. Она передала трубку наиболее продвинутой в компьютерном плане сотруднице, и я начал шаг за шагом объяснять, что им следует сделать, чтоб все вошло в колею.
Разговор я начал, когда мой член еще был в Лиле. Но уже поняв, что быстро завершить телефонный разговор не получится, я счел и для себя неудобным, и некрасивым жестом по отношению к такой хорошей партнерше, продолжать ее трахать, одновременно решая по телефону свои проблемы. Улыбнувшись ей как можно ласковей и просительным выражением лица дав понять, что звонок очень важный, надо на него ответить и снова потом продолжим, я вытащил член из нее, сел рядом, и машинально поглаживая ее бедра и иногда проникая пальцем во влагалище и теребя клитор, продолжил давать указания.
Такие машинальные ласки, по всей видимости, Лиле не очень понравились. Она тоже выпрямилась и села, сняла наконец болтающиеся на ноге трусики и бросила на кресло, расстегнула лифчик и сняла, но блузку оставила, и даже немного запахнула. В общем, было понятно, что если этот звонок и мой разговор ей и не понравился, но она не
