практике же ей настолько нужны были деньги, что «дешёвые» категории даже не рассматривались; Регина даже всерьёз задумалась над тем, чтобы вновь подать заявку на опцию двойной услуги, как и в прошлом месяце.
... Войдя в квартиру, она увидела горящий свет в комнате Валеры. Они продолжали избегать друг друга, игнорируя произошедшее. Более того, и соседской девочки, Кати, Регина за это время больше не встречала.
Поставив свою сумку на кресло и повесив куртку на вешалку, Регина Андреевна прошла на кухню и включила кофейный автомат. Несмотря на поздний час, она хотела ещё поработать...
Она села за стол с чашечкой кофе и домашними заданиями учеников. «In his inaugural speech, president Bill Clinton talked about...», начиналось изложениеоднойученицы. Мда. Клинтон. Тот ещё кобель. Мысли не хотели концентрироваться на чём-то одном, постоянно расплываясь во все стороны.
И тут в кухню вошёл Валера. Вошёл и остановился в нерешительности, словно не зная, убегать ли ему или сделать то, зачем пришёл. Через мгновение он всё же прошёл к холодильнику, вынул оттуда сыр, хлеб, что-то ещё, и принялся делать сендвич.
— Здравствуй, — произнесла Регина Андреевна, наблюдая за сыном.
— Привет, — буркнул он в ответ.
Решив, что рано или поздно об этом придётся поговорить, Регина собралась с духом и сказала:
— Послушай, мы не может так жить дальше. Нам нужно поговорить о том, что произошло.
Валера повернулся и уставился на Регину Андреевну, не сводя глаз. Не понимая подтекста этого сверх-внимательного взгляда, Регина потупила взгляд и сказала:
— Я... Я беру всё на себя. Всю вину, я имею в виду.
— Почему? — наконец сказал Валера, ясным и спокойным голосом.
— Почему? Потому что я вела себя неправильно, не так, как подобает вести себя матери. Потому что я спровоцировала то, что...
Валера налил в стакан воды, взял стул и сел рядом.
— Мам, я знаю, почему ты всё это делала. Я нашел контракт о твоей новой работе, и каталог этот тоже. Так что я знаю, что всё, что произошло в спальне...
— Это не было частью работы! Я тогда уже закончила свои пять трансгрессий, — сказала Регина Андреевна, и тут же пожалела об этом. Из данных слов вытекал довольно странный намёк.
— Вот как? — сказал Валера и игриво улыбнулся. Улыбнулся ей, женщине по имени Регина, а не своей матери. Регина Андреевна чётко ощутила разницу.
— Но это неважно, — со строгим лицом постаралась она спасти ситуацию. — Важно то, что это больше никогда и ни за что не повторится. Я обещаю. — Регина встала, подошла к крану и стала мыть свою кофейную чашку.
— Я постараюсь тоже найти работу, — услышала она за спиной голос Валеры. Он не предлагал, а скорее ставил в известность.
— Нет! У тебя есть работа. Это школа и компьютерные курсы. Я хочу, чтобы ты сфокуссировался на них, — Регина Андреевна непроизвольно шмыгнула носом, хотя плакать ей совсем не хотелось. Да и совсем невовремя это было бы именно сейчас.
Валера подошёл ближе и выплеснул остатки воды из стакана в раковину. При этом он прижался пахом к телу Регины. Они были примерно одного роста. Она отчётливо почувствовала, как в его штанах что-то дернулось. Регина Андреевна резко выпрямилась.
— Не надо делать вид, будто я не хотел этого, — прошептал он ей на ухо. Затем он отлепился от Регины, взял свой сендвич, и сказал: — Не парься, всё будет нормально, — фамильярно шлёпнув её ладонью пониже спины, так, что Регина ойкнула, Валера отправился в свою комнату, невзирая на её возглас:
— Ты что, обалдел?!
О концентрации теперь можно было забыть совершенно. Регина Андреевна убрала свои вещи и отправилась спать.
«Нельзя позволять Валере так вести себя со мной... « думала она, засыпая. «Нужно найти выход...»
***
Поднявшись с постели ещё до звонка будильника, Регина Андреевна надела шлёпанцы и в ночнушке отправилась в ванную. Открыв дверь, она тут же захлопнула её обратно — перед унитазом стоял Валера и писал,
