В отличие от пасмурного Лондона весна в Париже была тёплая. Узкие улочки привлекали своей тишиной и спокойствием, здесь не было такого шума и толкотни, как на центральных улицах города. Множество маленьких магазинчиков на первых этажах четырёхэтажных домов выстроились по обе стороны улицы. Расстояние между домами было такое маленькое, что можно было увидеть, что происходит в доме напротив. На углу одной из таких узеньких улочек, там, где она примыкала к соседней улице, но более широкой, в кафе сидели супруги Стайл и ели мороженное. На Джоне были надеты белые ботинки, серые брюки и белая рубашка с расстегнутой верхней пуговицей, а Салли сидела напротив в белом коротеньком платье, с открытой спиной и широким декольте. — Мы за эти два дня побывали, только на Эйфелевой башне и Елисейских Полях, — говорил Джон, смотря на Салли, — неужели покупки такая важная вещь, нежели посещение музея, например? — Культурная программа у нас начнётся завтра, — ответила Салли, облизав ложку с мороженным, — с чего начнём поиски потерянного дневника Казановы? — Я ещё не смотрел, что нам скинул профессор Андерсон, сегодня вечером посмотрим.Лёгкий ветерок теребил светлые волосы Салли, и она изящно поправляла их, а Джон смотрел на ложбинку между её грудей и его член моментально среагировал, не только по причине красивых форм свей жены, но и потому, что кроме неё, только он знал, что под платьем у неё нет даже трусиков. Это получилось в результате того, что когда они хотели заняться сексом в одном из безлюдных переулков, их спугнул полицейский, и снятые трусики так и остались там на дороге. — Простите, пожалуйста, — раздалось откуда-то справа, — мы невольно стали свидетелями Вашего разговора, но Вы упомянули потерянный дневник Казановы? — это была девушка лет 22—24 с длинными и прямыми тёмными волосами. Она сидела нога на ногу, и её чёрная облегающая юбка чуть прикрывала ягодицы, а полупрозрачная блузка подчёркивала пышную грудь и тонкую талию. — Да, именно так, — сказал Джон, и оценил фигуру девушки, он был верным мужем, но от получения эстетического удовольствия при виде такой девушки отказаться он не мог. — Позвольте, я присяду? — девушка говорила по-английски почти без акцента. — Просто не так много людей, которые верят в эту легенду, — сказала она, после того как Джон сделал знак рукой означавший, что она может к ним присоединиться. — Меня зовут Софи! — она улыбнулась. — Джон, а это моя жена Салли! — Приятно познакомиться, — сказала Салли улыбаясь, она понимала, что Джон не просто так смотрел на длинноногую Софи, так как её собственные формы были не такие большие. — Мы пишем диссертацию о жизни Джакомо Казановы, — добавила она. — Может я смогу Вам помочь? — спросила Софи, смотря то на Джона, то на Салли. — Хотите, я Вам расскажу, то о чём легенда умалчивает?Джон и Салли переглянулись и напряглись внимательно слушая. — Мой отец историк, — начала рассказывать Софи, — он мне рассказывал, что дневник Казановы, более известный, как потерянный дневник, так как многие о нём слышали, но никто никогда не видел, спрятан где-то в окрестностях Парижа. Многие пытались его отыскать, но безрезультатно, и так как кроме слухов никаких документальных подтверждений не было найдено, его поиски прекратились. — Но легенда до сих пор жива, — сказал Джон. — Да, — сказала Софи, смотря на него, — говорят, что в этом дневнике скрыты все тайны известного обольстителя. — Например? — спросила Салли. — Например, что на самом деле Казанова не был таким уж хорошим любовником, — ответила Софи, смотря на Салли, — своими победами над женщинами он обязан эликсиру, который каким-то образом воздействовал на все нервные окончания, и даже лёгкое прикосновение к телу уже могло доставить
