перламутровых губок, даже все остаточки, если таковые еще и были, вытянула она из меня. Едва я сумел сориентироваться в пространстве, как она вскочила и припала к моим губам своими, натруженными. «Тут уж я совсем рехнулся, тут уж я безумен ... был» — такими словами, перефразируя Высоцкого, можно коротенько описать мое состояние в этот незабываемый момент. Я впервые попробовал вкус спермы — слава богу, своей — и меня это почему-то не напугало! Удивило, не скрою, но вот как-то не противно было. Может потому, что своя? Вкус конечно несколько необычный, но на некоторые ассоциации все же наводит. Напоминает вкус сырого куриного яйца, точнее даже белка, чуть подсоленый, какой-то железистый привкус — как кровь во рту — и немного отдает вином, но это наверное от Людмилки примешался привкус, вино пила она. Целовались мы с ней осторожно, видимо она боялась спугнуть меня этаким вот финтом. А когда поняла, что отвращения я не испытываю, запустила свой язычок ко мне в рот, и я его с удовольствием встретил его своим языком.Вдруг, неожиданно вывернувшись из моих рук, она рванула от меня к остальным девчонкам, благо беспорядок в ее одежде напрочь отсутствовал, и скомпрометировать ее таким образом ничто не могло. Когда я, найдя в себе силы, привел свой внешний вид в порядок и вышел на кухню, Люська, как ни в чем не бывало, смеялась, и вытирала свою футболку салфеткой. У меня, от увиденного в этот момент, наверное случился сердечный припадок: я икнул, побледнел, хотя кинуло меня в жар, а не в холод, остолбенел и потерял дар русской речи. Все слова, которые должны были промелькнуть в моей обалдевшей от увиденного голове, слились в одно единственное — П И З Д Е Ц! Это ведь она сперму оттирает, наверное капнули, когда целовались. П И З Д Е Ц, убьет меня жена... «Но если на свете есть все таки бог — бог этот женщина, а не мужчина» (а так же дьявол — искуситель в одном лице)... Слова из песни пришли на ум чуточку позже, когда Людка, увидев мое обмирание, как бы невзначай, объяснила свое поведение пролитой минералкой, стакан с которой она схватила со стола, едва войдя на кухню. Видимо капли подозрительного характера попали таки на футболку, и Люсьен (опыт, моп твою ять, его не пропьешь!) мгновенно сориентировалась. Я бы так быстро наверное не смог. Мне осталось только сделать вид, что «соляным столбом» я стоял по причине внезапного приступа радикулита, благо жена с Элькой практически не отвлекались на нас, а продолжали спорить. Спор усугублялся тем, что Элька (вот дура!) надумала пригласить нас к себе на дачу, с ночевкой, причем весьма оригинальным способом.Привожу её текст, практически без редакции: « И никаких отговорок! Приедете, никуда не денетесь. Только у меня сейчас на даче света нет, строители что-то там при перепланировке напутали. Сашку я нахрен выгнала, что от него толку-то. А твой Вовка может, очень даже запросто, по дружески, это самое электричество починить. А к ночи, как управится, он тебе и позвонит, ты подъедешь.» Ну ни себе хрена себе, заявки на поставки! А моя жена, хоть и пьяная уже конкретно, но чувствует: это «Ж» — не с проста. Слишком уж отчетливо звучит очередное приглашение на свинг.Я собственно никак не реагирую, мне по барабану — после младшенькой старшая просто не катит. Единственно что не хочется — так это попадать в услужение к ней. Моя буксует, ни в какую не хочет меня в «рабство» отдавать, так тут еще и Людка встревает, но тему благоразумно меняет. «Ты, — говорит, — сестренка, вообще-то меня должна сначала пригласить. Я у тебя на даче уже два года не была, вот «посторонних» людей — приглашаешь, а меня — нет. « И такой меж ними спор затеялся — я бы сказал даже ссора.Однако в этот момент благоразумно помалкиваю, слава богу обсуждение моей персоны прекратилось...» Недолго музыка играла, недолго фраер танцевал...» Людка, провокатор со стажем, закончив скандал с
