спрашиваешь, почему я пришла? — спросила девушка. — Я ... рад, что ты пришла. И ты, несомненно, расскажешь мне, но сначала тебе нужна горячая ванна.Так как Ксеня не пошевелилась, Рома подошел и одним движением сдернул ее со стула, прижал к себе. Она почувствовала на своей талии его горячую руку. Второй рукой он заставил ее запрокинуть голову и поцеловал. Поцелуй был долгим. В этот раз она просто наслаждалась. Ей нравилось ощущать вкус его губ на своих губах, нравилось его горячее тело, прижимавшее ее к себе. Она встала на носочки и обняла его за шею. Возле своего бедра она почувствовала что-то твердое. А поняв, что это такое, почему-то струсила. Рома уловил то, как она вдруг напряглась. — Что такое? — спросил он, заглядывая ей в глаза. — Ничего, — отвернулась Ксеня. — Ничего, — снова повторила она, так как он продолжал испытывающе на нее глядеть, — ты прав, мне нужна горячая ванна.Рома повел ее в ванную, помог раздеться. Но когда на ней остались одни только трусики, она попросила: — Я сама.Он кивнул и вышел, прихватив по пути ее одежду. — Это нужно постирать, — сказал он, — ты можешь взять там полотенце.На самом деле ему просто чертовски хотелось увидеть ее почти голую в своей квартире и поверить, наконец, что она действительно здесь. Но в то же время он боялся ее спугнуть и не хотел чересчур сильно на нее давить.Ксеня лежала в горячей ванне, и по всему телу разливалось блаженство. Она подумала, что, в общем, было бы неплохо здесь остаться. Хотя бы на время. Если она действительно ему нужна... То к черту школу. Учится-то она может и здесь. Друзья все равно скоро уедут кто куда, а родители... ну не вечно же у них на шее сидеть? В конце концов, должна же она когда-нибудь выйти замуж. Так почему бы не сейчас? Но нет, сделать этого сейчас она бы не смогла. Но живут же люди и без штампа в паспорте.Вода начала остывать и Ксеня не без сожаления вылезла с ванны. Полотенце, в которое она завернулась, было белым и довольно большим, но все же едва прикрывало попу. Она вышла из ванны и последовала на кухню, оттуда доносился вкусный запах.Рома, стоя возле плиты, вовсю орудовал лопаткой. — Надеюсь, ты не против блинов? — спросил он, услышав звук шагов, и повернулся к Ксении. Лопатка чуть не выпала у него из рук. В дверном проеме стояла девушка в одном полотенце, которое едва прикрывало все ее прелести. Длинные волосы рассыпались по плечам, а телом стекали капли воды. — Конечно, я ужасно голодна, — весело ответила Ксеня. Она заметила реакцию парня на ее появление, и это не могло не польстить.Рома, с усердием совладав собой, повернулся обратно к плите. Но пока он отдирал от пола челюсть, один блин успел подгореть. Попытавшись перевернуть его пальцами, парень обжегся, и лопатка со звоном упала на пол. — Давай я сама, — засмеялась Ксеня, моя лопатку. Она встала возле Ромы и принялась ловко печь блинчики, подкидывая их в воздухе. — К черту завтрак, — заявил вдруг Рома и, выключив плиту, схватил в охапку Ксеню.Не успела она опомниться, как он уже засадил ее на кухонный стол и как безумный присосался к ней. Эта девчонка заводила его невероятно. Раздвинув ей ноги и не переставая целовать, он запустил пальцы в промежность. Она, застигнутая поначалу врасплох, теперь обхватила его ногами, а руку запустила в волосы. Другую она положила ему на трусы. Рома, что-то прорычав, принялся из них выбираться. Но так как при этом он продолжал страстно стискивать в объятиях девушку, то дело не шло. Наконец он избавился от них, и оказалось, что на девушке уже нет полотенца. Ей хотелось всего и сразу, но она понятия не имела что делать. — Подожди, не спеши, — попросил Рома, хотя и сам, казалось, пытался ее сейчас расплющить.Приподняв Ксеню на руках, он резко насадил ее на свой член. Девушка закричала что-то нечленораздельное. А потом началось полное сумасшествие.
