нему вперёд-назад, смешно скорчив рожицу и пристально глядя на Женькину пещерку. Мы все обалдели от такой наглости и фривольности.Катька, увидев такое зрелище, раскрыла от удивления глаза и её ротик приоткрылся. Она впервые видела мужской орган в живую, тем более в эрегированном состоянии, тем более, когда с ним так нагло обращаются. Она и не представляла себе, что член может быть такой большой и толстый. Она раньше видела члены коней, быков, собак, но всегда считала, что у людей, мужиков, он гораздо меньше. Она знала, для чего он нужен и куда пихается, и поэтому, оценив его размер,... и размер своей щёлочки, не могла понять, и даже представить, как он туда поместиться. От этих мыслей и представления того, как член Никиты пытается внедриться в её тело через её пещерку, Катька испытала настоящее вожделение. Ей на миг безумно захотелось испытать это чувство, чувство проникающего мужского члена в её лоно. Но она тут же принялась гнать эту мысль от себя, несмотря на мучающие жжение и острое желание, но расставленные в разные стороны ножки и прикрытая только промокшей полоской трусиков пылающая жаром пещерка не давали ей это сделать. Слишком уж откровенной была её поза, эротичным происходящие с Женькой события и откровенно сексуальными действия Никиты.Пока Катька боролось со своими мыслями и желаниями, Никита, сделав несколько движений, напрягся всем телом, отвернулся и брызнул на стенку беловатой жидкостью. За первой порцией, вылетела вторая, меньшая, затем третья, уже спокойно вытекла из члена и капнула на пол. «Ни х... себе ты профессионал, драчун!» — заржал Юрка, а за ним и мы все. Нам всем хотелось сбросить ужасное напряжение, возникшее и мучающее наши члены, но мы стеснялись, и Никитин поступок словно снял с нас путы стыда. Мы уже хотели все вытащить наши члены и устроить коллективную дрочку, но тут Юрка сказал: «А давайте её трахнем!» и показал на Женьку..Женька, услышав предложение Юрки сильно испугалась. До этого молча снося все наши надругательства и тихо плача и вздыхая, спрятав голову от стыда, снова начала вырываться и кричать: «Вы чё, совсем что ли!? Этого нельзя делать!! Вас посадят! Не надо! Пожалуйста!». «Да пох... ! После такого можно и в тюрягу!» — отрезал Юрка, убрал руки с Женькиной письки и стал расстёгивать ремень своих джинсовых шорт. Женькина щёлка сразу же закрылась и сжалась, словно желая защитить от вторжения пещерку девочки, сохранить целочку и не допустить внутрь мужской орган. Женька, услышав Юркино решение и звук растягиваемого ремня и молнии, чётко поняла, что её сейчас будут трахать. Эта мысль словно удар током прошла по всему телу девочки и сконцентрировалась у неё между ног. Страх приближающегося нападения со стороны мужского члена словно сжал створки Женькиной щёлочки, до этого слегка расправленные и раскрытые от возбуждения края, сейчас были крепко прижаты друг к другу. Было понятно, что девочка пытается из-за всех сил остановить неизбежное проникновение и спасти свою девственность. Женьки казалось, что её пещерка обрела вдруг удивительную чувствительность, казалось, что она видит, как Юрка расстёгивает ремень, потом молнию и как выскакивает оттуда его страшное оружие, и девочке показалось, что пещерка ощутила его жар, запах, оценила размер, твёрдость, упругость и объем. Конечно, лежа лицом вниз и в другую от Юрки сторону, девочка не могла всё это видеть и чувствовать, но обострённые от страха и возбуждения чувства, обнажённая попка, словно предавали ей всё то, что происходило рядом с её пещеркой. Женька замерла в тягостном ожидании предстоящего прикосновения и проникновения. Все её мысли были сейчас сосредоточены на тех ощущениях которые исходили от её пещерки и попки в ожидании неминуемого, она ждала, когда горячий и обжигающий член приблизиться к её пещерке, обдаст жаром и, раскрыв её створки, вонзиться в её девственную дырочку, разрушая
