СКЛЕРОЗ — ЭТО ЕЩЕ НЕ СТАРОСТЬ... ЧАСТЬ 2 ВОЗВРАЩАЯСЬ К НЕПЕЧАТАНОМУ... Сразу оговорюсь, что название рабочее и это повествование является продолжением рассказа «Склероз — это еще не старость». Первый рассказ не выкладывался для прочтения широкой публике — отсюда и название второго. И так, возвращаясь к тому самому молодому человеку, к музыканту. Дело происходило в конце апреля 1976года. Ансамбль наш во всю репетировал майскую программу в двух вариантах: одна программа для танцевального вечера в училище, где мы тогда учились, а вторая — для концерта в подшефном цеху на заводе, где подрабатывал наш худрук Анатолий. Комната для репетиций — музыкалка — находилась в бытовом корпусе завода на четвертом этаже, так что во время репетиций никто нам не мешал, не проходное место. Но вот что интересно: на третьем этаже находилась ЖЕНСКАЯ РАЗДЕВАЛКА этого же цеха и время от времени наблюдалось некоторое внимание к звукам, кои мы производили. Это были не только музыка и песни, мы еще умудрялись хохмить в микрофоны и чего там только не услышишь: и анекдоты, и перепевки (конечно с матерком) известных песен, не скучно в общем. Где-то примерно за неделю до концерта к нам на «огонек», покурить, что бы пожарник в коридоре не застал, залетели две «бабочки»: девушки-перемотчицы, работницы цеха.Нужно сказать, несколько контрастные по отношению друг к другу были девчонки. Одна — Татьяна — была местной, городской девчонкой, восемнадцати лет от роду, роста среднего, плотненькая, с хорошей фигуркой — только грудь небольшая. А вот вторая, Светлана, девочка приезжая, из деревни, хотя и в городе уже два года прожила, вроде немного освоилась. Так вот, телосложением она уступала подружке — ножки тонкие, бедра узкие, задница мальчишеская, плоская, но вот грудь... это было что-то! По нынешним меркам — не меньше, чем четвертый, а по тем временам называли — «ВО!» — и не боялись показать обеими руками насколько они, груди, велики. В общем, девчонки нам приглянулись, и мы, пацаны семнадцатилетние, стали их потихоньку клеить. Танька быстренько сама выбрала себе кавалера, самого подходящего ей по комплекции: высокий крупный бас—гитарист. И все у них шустро так, тип-топ, и через день Вовка уже хвалился «ночкой, проведенной с Танькой». А вот мне, вышеупомянутому соло-гитаристу, приглянулась Светка, нужно заметить, что как будто бы взаимно. Но, во первых, она вроде как бы деревенская, и взгляды на отношения «мужчина-женщина» у нее соответственно консервативные, а во вторых я... как-то не сумел посмотреть на нее, как на очередную проходную подружку, и форсировать события не стал. Как тогда говорили — я стал с ней встречаться. Ну в раздевалке-то мы тискались и целовались, когда у нее выпадала ночная смена, а вот дальше не получалось, как-то негде было. И вот на Первое Мая Света приглашает меня к «себе домой». Почему в кавычках? Да потому, что это была квартира её бабушки, а сама Света жила в общежитии. Бабушка на праздники уехала в Куйбышев к дочери, попросив Свету — внучку — приглядеть за квартирой. Набрав угощения, насколько тогда позволяла стипендия, я отправился в гости. Каково же было мое удивление, когда дверь по указанному адресу открыла совершенно незнакомая мне девушка! Растерялся я, а девушка — миленькая кстати — хитро так на меня взглянула и улыбаясь говорит: «Ты к Светке? Ну проходи, она сейчас будет.» Прохожу я в комнату, оглядываюсь по сторонам: квартира однокомнатная, стол, диван, кровать, ну санузел и кухня — стандартная «хрущевка». Кроме симпатюшки — девушки обнаруживается дополнительный персонаж, вполне уже знакомый: еще один гитарист (вот развелось — то) из другого ансамбля. Оказалось, что его девушка — тоже Света — с моей Светой знакомы, и решили они провести праздник вместе, ну и нас заодно пригласили. Видимо заслышав наши голоса, из ванной выглянула
