их в киску девушке, злостно прошипев «кто тебе, суке, разрешал ублажать себя, а? тогда твоя дырка будет местом для чулков или твоих трусиков. будешь их носить не на себе, а в своей дырке». Кира быстро начала извиняться — «простите Госпожа, я не смела этого делать. Простите меня пожалуйста. я готова понести самое серьезное наказание». «конечно готова, грязная пизда». Ольга сильно разозлилась на нее. Взяв плеть, она посильнее ударила Киру по попе, по спине, животу, киске, а та лишь могла молчать и терпеть. Госпожа связала ей руки за спиной, одела кляп и заставила залезть на стол на колени. Вид сзади был необычайный: голая сексуальная девушка стоит на коленях согнувшись, в попке торчит резиновый член, а в киске капроновые чулки, по которым стекает соки от возбуждения.Оля даже и не знала, как еще ее наказать: и прищепки она использовала раньше, от них Кира только кайфует, и била, и хлестала. Но вот девушка посчитала, что ее попка не настолько сильно растянута, насколько надо. Удалившись в комнату, Оля вернулась с бейсбольной битой и довольной улыбкой на устах. Вынув уже ненужный резиновый член, она плюнула на ее дырку, слегка облизнула биту в самом широком месте, и настойчиво начала проникать битой в ее попку. Кира моментально завизжала, пытаясь отпрянуть. Но это только злило Ольгу, и она лишь глубже начала засовывать эту дубинку в нее. Девушка поняла, что попытки это остановить бесполезны, и попыталась получать удовольствие от этой экзекуции. Она пыталась представить в голове, как же сейчас это выглядит, и к своему удивлению возбудилась не на шутку. Бедрами она пыталась насадиться на гладкий кусок дерева все глубже, еле слышно постанывая. Поняв, что теперь ей комфортно, Оля начала безжалостно трахать свою девочку битой, засовывая в нее почти наполовину. Она иногда высовывала биту полностью, рассматривая эту огромную дыру, и проникала вновь, все резче и жестче. Это продолжалось минут 20, в конце чего Киру накрыл мощный оргазм. Она выгибалась дугой, сжимая в попке злосчастную огромную биту. Оставив ее внутри девушки, Оленька села на диван, выпив еще вина, рассматривая свою собственную рабыню и довольно ухмыляясь...
