у нее красные, то ли с мороза, то ли от того что с ней делают. Я думаю: интересно, часто она вот так голышом разгуливает перед всеми? Парень, гад, бреет и дразнит ее, спрашивает, «приятно»?"ты возбуждаешься?» А я чуть брюки не прорвал елдой, прям не знал, куда деваться. А девочка, вижу, начинает дергаться, ротик приоткрылся. Я вижу, что с ней делается, не знаю, как быть, такое напряжение дурацкое... И вдруг она закрыла глаза и замычала. И закачалась на стуле. Не дергайся, говорит ей парень, а она все сильней мычит и раскачивается, и вдруг закричала и рукой полезла между ног!Я, тупой, как-то не сразу понял что она обкончалась. А как понял... Чуть сам брюки не испачкал. Это был ужас. Но дальше было веселее. Парень удивился, говорит, ну и ну... А девочка чуть не плачет. Тогда ребята смотрят на меня и говорят: мы оставим вас вдвоем на десять минут, раз у тебя такая девочка впечатлительная. Разберитесь, говорят, чтоб потом работе не мешать, и уходят.Мы одни. Я в ступоре встаю, подхожу к ней. Внутри все дрожит, понятия не имею, что сейчас будет. И она встает навстречу мне, я подхожу ближе. Смотрим друг на друга. Такой особенный момент: я вначале думал, что бы такое сказать, разрядить обстановку... и вдруг чувствую, как мне вырубает мозги какой-то волной. И ловлю ее взгляд, такой особенный. И нас будто какая-то сила бросила друг к другу.Вернее не так: я осторожно нагнулся к ней, к полуоткрытым губкам... А дальше уже не соображал. Я когда то прыгал в прорубь. И вот это было очень похоже. Я целовал ее, сразу всосался в ее ротик, и мял ее всю, все ее голое гибкое тело, податливое, доступное, а она жалась ко мне и обнимала меня, и целовалась как бешеная. И тут я расстегнул брюки, добыл агрегат... Это было как истерика: мы оба умирали от любви и от желания... Вокруг не было ни кровати, ничего, только стул. Я хотел сказать: давай я сяду на стул а ты на меня, но не смог, не смог говорить, в ту минуту нельзя было ничего говорить. И тогда я стал пристраиваться к ней стоя. Тыкался в нее членом, и довольно быстро вошел, ведь мы были одного роста. И только вошел в нее, как она захрипела, впилась в меня пальцами, закачалась, и я понял что она кончает, так сильно возбудилась, и стал мять ей попку, залез между ягодицами, поднял ее в воздух... И тут же не выдержал и стал гореть прямо в ней. Такого бешеного кайфа и бешеной разрядки я еще никогда не испытывал. Мы оба кричали и вопили, это был не секс а один бесконечный оргазм!!! И я видел что за нами подсматривают, и она тоже видела, она потом сказала.Вот так у нас было :) Потом я вытер ей платочком ноги, они все были в ее соках и моей сперме. Мы были обалдевшие, не знали, что говорить, нас как пришибло этим порывом и этим внезапным звериным сексом, которого не должно было быть. Я ведь тогда еще не знал как ее зовут!А потом началась вторая серия. Девочку мою не просто фоткали голенькой, ее перед этим еще покрасили серебрянкой. Бодиарт, короче говоря. Выкрасили всю ее сверху донизу, и волосы пропитали краской так, что они стали как пакля. Сделали из моей красавицы какую-то серебряную статую. Но я никогда не думал, что это так зверски возбуждает. Я думал, уже весь свой генофонд разрядил в нее, а как только ее стали мазать краской по голому телу, особенно груди и между ног, мой хрен опять вскочил как солдат. И она, я вижу, тоже... Каково это, интересно, когда ты голая и по тебе парень водит мокрой кисточкой, а другой сидит и смотрит? Я видел, вернее, чувствовал, что она чувствует, как ее это заводит.Потом ее фоткали, и вот тут-то она показала класс! Застенчивости как не бывало, такие позы, что просто рот сам собой раскрывался! Как я гордился ей тогда! И позы не блядские, а именно женственные, чувственные, такая красота, и в серебрянке просто чудо как красиво.А потом нас обрадовали: говорят, горячую воду отключили. Авария. Только что узнали. Мыться негде. А я уже приготовился, как сейчас буду помогать ей смывать краску... Ну, нечего
