не трахал. Всем хотелось в попку. И ещё Кузя к ним пристроился. Вове — Бетману, который сначала хотел в рот дать, потому что у него некогда не одна девушка не брала в рот, пришлось отказаться.Миша сразу ссадил маму с колен и повёл её на соседний участок. — А что, разве по одному — вдогонку спросил Ляпа.Миша с мамой остановились и повернулись ко всем. Уже смеркалось, халат на маме был расстёгнут, коса заплетена, одна грудь из бюстгалтера обнажена выглядела она очень красиво. Моя мама была очень красивой женщиной, словно была созданной для любви и секса. — Да её по всякому можно — шутливо скомандовал Кеша.И Ляпа пошёл с Мишей и с мамой. Они её сразу раздели загнули раком и вставили в рот и во влагалище. И почти сразу же Миша разработал пальцами мамину попку и вставил туда. И пацаны только успевали меняться у сладкой маминой попки и горячего, красивого маминого ротика. Причём кончали все не на землю, как всегда, а в рот, заставляя маму, под всеобщее ликование снова и снова всё съедать. Нечасто у нас были такие развлечения, да ещё с взрослой, настоящей, красивой замужней женщиной, одной из наших мам. Отодрали её вчетвером как только могли, и на сколько хватило спермы. И уже по темну мама сытая да уставшая кончать поплелась домой да и я с ней. Поздно уже было.Отец думал, что она с какой-нибудь подругой на улице встретилась, да разговаривает, разойтись не могут, даже не спросил, где она была, когда мы с ней пришли домой поздно. Знал бы он, что с ней сейчас проделывали вчетвером, что в его любимой, такой красивой жене с которой он прожил 19 лет, по четыре члена, по нескольку раз, во всех её дырочках побывало, да что ей как минимум восемь раз кончили в рот, интересно, что бы с ним было, хотя лучше не надо.Потом настала осень, мы пошли учиться в училища, мама работала. В садике мы собирались всё реже, да и девчонки с нами были почти всегда. Маму больше не звали, не то чтоб не хотели, как-то не получалось. Хотя я с ней стабильно, по паре раз в неделю, любовью занимался. И лишь зимой уже в декабре отец как-то в выходной уехал на зимнию рыбалку, мама осталось дома одна и мы с радостью завалились ко мне домой и пацаны впятером устроили ей хорошую вздрючку. Потом ещё в феврале втроём. Потом мне исполнилось восемнадцать лет, и я ушёл в армию, и организовать всё стало не кому. После армии уже было не то, мы повзрослели что ли, не у кого не возникло таких идей. Хотя я с мамой занимался любовью регулярно ещё три года, пока жил с родителями. Да и до сих пор по несколько раз в год, хотя я уже давно женат и у меня есть дети, и живу отдельно.
