страданий. Но когда он вошёл к ней, слова замерли у него на языке. Она с гордостью протянула ему сына — крепкого карапуза почти 4 кг весом. Ей хотелось похвалы за славного малыша, а не сентиментальных нежностей.Теперь Элен каждый вечер брала сына на руки и няньчила его. Она почти перестала садиться ужинать с Джеффом. Она баюкала малыша, гладила его по белокурой голове, целовала его малюсенькие пальчики — в общем, делала все те маленькие глупости, которыми молодые мамаши часто одаривают своих первенцев. Когда мальчик был голодный, она расстёгивала блузку и кормила его грудью. Но она всегда поворачивалась к Джеффу спиной, и он не мог видеть этого чуда — как мать кормит грудью младенца. А подойти к ней и погладить её грудь — на это у него просто не хватало мужества. Столько раз, возвращаясь с работы домой, он мечтал о том, как будет целовать Элен и как её губы ответят ему — но приехав домой, он безвольно любовался женой издалека, не решаясь подойти к ней. И глядя на эту идиллию между матерью и сыном, Джефф всё больнее осознавал — в этой идиллии нет для него места. Он с горечью вставал и, пожелав ей спокойной ночи, плёлся в свою одинокую спальню.ЧАСТЬ 3.В тот день сынишке исполнялось 3 месяца. Джефф приехал пораньше домой, Элен сготовила праздничный ужин и они выпили бутылку вина — Элен решила вскоре выйти на работу и поэтому она отучала малыша от груди. Он не выпивал уже больше года — от вина у него слегка кружилась голова и он решил, что сегодня ночью он непременно будет с Элен. Вообще-то их малыш был очень спокойный и почти никогда не плакал, но сегодня — видимо, от перехода на искусственное молоко — он немного покряхтывал и в конце ужина расхныкался. Элен подхватила его на руки и стала успокаивать и баюкать, нежно поглаживая ему животик и осыпая его поцелуями. Внезапно Джефф заметил, что на Элен было красивое шёлковое платье и туфли на высоких каблуках. Приступ любви и желания захлестнул его. Он уже встал и сделал два шага навствечу Элен, чтобы обнять и поцеловать её, но внезапно мальчик заплакал сильнее, Элен встала с дивана и начала ходить по комнате, качая малыша на руках. Она остановилась у окна, повернувшись к Джеффу спиной. Господи, как ему хотелось подойти к ней и провести руками по этой стройной гибкой спине и сжать ладонями её маленькие крепкие ягодицы... Она была небольшого роста, но всегда держала спину очень прямо, а голову — очень высоко, как будто была воспитанницей балета из Большого Театра. И в этом гордом, твёрдом положении спины ему казалось, что на ней написано «НЕТ» крупными буквами. Внезапно горький комок сдавил его горло — он вдруг с горечью понял, что у них никога больше не будет ничего. Никогда и ничего. Ей не нужен был мужчина. Ей просто однажды потребовалась порция его спермы, чтобы завести ребёнка.Он встал и постарался выдавить из себя пожелание ей спокойной ночи и почти побежал в свою спальню. Он расстегнул на себе рубашку и скинул брюки. Он еле сдерживал слёзы неудовлетворённого желания, горечи, обиды, одиночества — они физической болью разрывали его грудь. Он зашел в ванную комнату и привычным движением повернул защёлку. Подставив лицо под струи воды, он беззвучно рыдал, с трудом переводя дыхание. Потом его рука скользнула вниз... Он стал гладить свою мошонку, ощущая, как постепенно наливается кровью и встаёт его член. Господи, как ему нужна была эта разрядка!...Его прервал сильный стук в дверь. — Джефф, открой! Немедленно открой! — Элен почти кричала, стучала по двери кулаком и дёргала за ручку.Он выключил душ, накинул халат и открыл дверь. Она набросилась на него, как тигрица.Она размахнулась и со всей силы ударила его ладонью по лицу. — Наглец! — она вся тряслась от злости. — Да как ты можешь со мной так обращаться?!Лицо у неё раскраснелось, глаза были полные слёз, она тряслась и с трудом дышала, ... а
