становились ожидаемыми, каждое давало толчок к еще большему возбуждению и ноющие ощущения в мышцах ног, после почти растяжки до шпагата, и порванного влагалища, и раздутый живот, стихали.
— Вот, пожалуйста! — док протянул ей дилдо
Она посмотрела на него и показала мне. От размера этой палки у меня потемнело в глазах я не могла даже представить, что это в меня войдет тем более с заполненной попой.
— Док, этот размер маловат. Она хочет больше.
— Нет... — взвизгнула я.
Сзади послышался свист, и мои ягодицы обожгло ударом.
— У тебя плохой словесный запас — сказал док и повторил удар
После 7 удара я просто сдалась и уже была сказать то что они хотели. Док в очередной раз наклонился надо мной и спросил.
— Ты хочешь другое дилдо и какое?
Я с трудом видела его сквозь слезы, мне хотелось ударить его этим дилдо и засунуть его ему в задницу, расцарапать лицо. Мои кулачки сжимались. Он это видел.
— Надо продолжить урок русского языка — он показал мне бамбуковую палку которой хлестал меня.
— Я хочу другое дилдо... Мой ответ просто терзал меня саму.
— А какое другое? — уточнил он
— Мне хочется длиннее и толще... после этих слов мне хотелось умереть.
Мое желание они исполнили. Очень толстое и длинное дилдо вошло в меня, раздвигая стенки истерзанного влагалища и уперевшись прямо в матку.
Помощница стала делать резкие толчки.
— Пойми девочка у женщин после родов влагалище растягивается в ширину и в глубину. 8 ширина на 18 глубина это нормальный размер, но мы не можем ждать, пока ты родишь. К тому же нам и размеры другие нужны, 10 на 20 приемлемо для Господина.
— Ты хочешь 10 на 20?
Она положила бамбуковую палку перед моим лицом.
— Да...
— Что-что?
Я хочу 10 на 20... — меня просто выводило мое бессилие, но возбуждение от афродизиака как-то притупляло происходящее.
Она вводила и вынимала дилдо сильно нажимая на глубине, казалось, что вот вот и эта палка просто войдет в матку. Я радовалась, что возбуждена и это мучение смягчается и злилась, что не могу преодолеть возникающее возбуждение. Потом резким рывком она вытащила дилдо, из попы вытащили затычку, поставив меня на колени и подставив таз. Мое облегчение было просто невероятным. Мне было стыдно это делать при них, но естественный поток стал хлестать из меня водопадом, кишечник освобождался, и мне становилось легче. Это перерастало в чувство эйфории и желания. Унижение меня сжимало в душе, но возбуждение предательски успокаивало в своем желании. Я показывала дикое возбуждение, которое заглушало почти все кроме стыда. Мне захотелось, чтобы опять стало больно, как избавление от этого возбуждения. Мне хотелось, что бы от боли, мое влагалище перестало течь. Как дворняга, сучка, показывала течку кабелям. Берегла это для своего возлюбленного, но теперь показываю это незнакомым людям. И если даже могу закричать сквозь слезы — нет, не хочу, то моя, предательская пизда, разбухшая и текущая, желала обратного — удовлетворения.
После испражнения меня опять поставили в прежнюю позу.
— Тебе стыдно, ты покраснела? — спросил доктор
— Конечно, ей стыдно — ответила его помощница. — Стыдно иметь такой тугой зад.
Она улыбалась и поставила под мой нос нечто напоминающее большой винт. Тонкий на верхушке и сильно расширяющий у основания.
— Тебе нравится размер? — она уже спросила у меня.
— Что это... — промямлила я в ответ.
— Это анальный винт. Верх 2, 5 сантиметра, но по мере закручивания доходит до 8, 5 сантиметра. — она нагнулась и посмотрела мне в глаза.
Она повторила вопрос:
— Тебе нравиться этот размер?
— Да нравится... — прошептала я сквозь слезы
— Не плач — она погладила по голове — мы будет приостанавливать всякий раз, как
