Мне было её жалко, жалко свою любимую красивую белокурую Ирку, с которой мы женаты столько лет, которая родила мне двоих детей... Я заплакал. Я придвинул её трусы в своей руке к носу и спустил штаны с трусами разом. Так я пытался себя утешить, но совсем быстро через несколько секунд я кончил, и стало ещё больнее и противнее лежать с мокрой рукой, без штанов, с изнасилованной женой в одном купе и нюхать её трусы...
Утром мы сошли с поезда. Мы не разговаривали. Мы взяли наши вещи, сошли на перрон и дали поезду уехать. Следующий этим же маршрутом пришёл через два часа ожидания жены возле женского туалета, где она мыла голову и везде себя. Сначала мы покупали мыло в магазине, я смотрел на продавщицу и думал, что мы покупаем это мыло для того, чтобы моя жена подмылась от чужих мужиков, которые делали с ней, что хотят, как с последней шлюхой. А я только смотрел на них...
Когда колёса застучали по рельсам, я оставил свою жену одну. Она специально выбрала нам плацкартное место. Она знала, что я не смогу защитить её...
Покурив я вернулся к жене. Она увидела меня и громко сказала с болью в голосе и сразу засмеялась:
— А это мой муженёк вернулся! Он у меня не жадный! Спросите у него!
Я ушёл, чуть не плача.
У туалета была очередь. Один мужик зашёл, остался я и какой-то седой дед с мальчиком за руку. Этот старик спросил:
— С женой едите?
— Что?
— С женой? А дети где? Вот мы с внуками...
Я отвернулся, заплакав. Я знал, что еду с женой, но я не был мужем. Я не был её мужем. Уже нет. А только презрением в её глазах. В туалете я мог громко плакать, чувствуя свой крепкий стояк. Там я не сдержался и выбросил сперму в унитаз со своими плавающими окурками. Я знал, что эти две мрази надругались не только над телом моей жены, а над нашей семьёй. Я позволил это им сделать.
Я позволил это им сделать со своей женой, которая родила мне двух детей и никогда не изменяла...
До сих пор я живу с ней, со своей женой, которую на моих глазах выебли во все щели, а я позволил им это сделать от страха.
А что я мог? Вы бы тоже ничего не могли, а только как я смотрели, как вашу жену ебут во все щели и молчали. А что бы вы могли сделать с такими двумя здоровыми мужиками? Вы что Брюс Ли? Говорите что хотите, но я знаю правду и вы её знаете. Вы бы просто ждали пока они наиграются с вашей женой, пока не кончат в неё и отпустят. А потом позволят жить с ней опять, отпустят к детям и к мужу, но уже испорченной блядью в трёх местах.
И я живу со своей женой, которую сделали блядью на моих глазах. Она это тоже знает и живёт со мной. Об этом мы никогда не говорили, потому что ей стыдно и мне тоже. Мне стыдно за такую жену и за себя, а ей тоже побабски стыдно за себя и за такого мужа, как я. Вот так мы и живём после этого случая пять лет и четыре месяца. И будем ещё казаться в чужих глазах идеальной семейной парой с двумя детьми.
Она мне не изменяет. Я это знаю. Но знаю, если к ней опять начнут приставать, позарятся на её бабские прелести, то я дам её им. Я не смогу её защитить. Не смогу защитить свою красивую жену с длинными светлыми волосами и большой мягкой грудью. Они наиграются с моей женой как захотят и отпустят ко мне, и я дальше буду с ней жить, воспитывать детей, зарабатывать деньги и отдавать кредит за квартиру. Обязательно к ней пристанут. Это дело времени. Я со страхом жду этого. Ещё у меня стоит от этой мысли и я дрочу в руку, когда моя жена уснёт.
Я написал это всё, чтобы поддержать вас мужики, у которых тоже забирают красивых жён или обязательно будут забирать, когда вы женитесь на них, но на время только чтобы спускать в них и обратно отдавать вам везде испорченных. Это не трагедия. Пусть мы не можем защитить своих законных жён, но мы деньги в дом приносим, детей воспитываем и машину водим. Это только мы знаем, что позволяем пользоваться нашими жёнами, а для соседей у нас нормальные семьи. Берите пример с меня, если вашу
