ты делала это при них, думая, что на тебя смотрят. И это тебя больше возбуждало, чем если бы, это делать в квартире, так? — Так, я закрыв глаза, представила, что они видят все... Это было классно! А ты, что про меня думаешь? Я развратная? Ведь это я предложила так сделать? — Нет, я так не думаю. Я думаю, что если нам с тобой так нравиться, то это нормально.Мы заехали забрали сестру с работы, и по дороге Аленка порывалась рассказать маме, как она провела день со мной. Я настоял, чтобы они обсудили это без меня. Дома, я быстро ушел купаться, оставив их одних.После душа, я вышел на балкон в своей комнате, покурить, сзади подошла сестра стала рядом. — Какая ночь красивая, столько звезд. Люблю на звезды смотреть. — А где Аленка, — спросил я, немного нервничая. Одно дело, когда тебя просят по приставать, и другое дело, когда ты развращаешь девчонку. Как мать отреагирует. — Я ее отправила стирать вещи, которые вы использовали сегодня. — Она тебе все рассказала. — Зря ты переживаешь. Больше было восторгов, как было классно! Какой Володя классный! Как он здорово все придумывает! Как он читает ее мысли! Какой он заботливый! Какая мама у нее хорошая, что ее понимает! Что она сильно жалеет, что ругалась и доводила ее, и так далее... — Ну, а ты, что думаешь? — Девочке хорошо, она счастлива, она в надежных руках. Спасибо тебе. — Хватит издеваться. — Да, нет, все нормально, я так, чуть, чуть, от зависти. Ладно, что это я заболталась с тобой, ты наверное спать хочешь, после такой прогулки с молодой любовницей, а я тут пожилая, с тобой лясы точу, — а сама смотрела на меня с ехидцей. — Ладно, тебе пожилая, за десять лет ты ничуть не изменилась, осталась такая же соблазнительная. — А ты откуда знаешь, какая я была десять лет назад? А, да, забыла, ты же подглядывал за мной с шестнадцати лет. — Нет, сестренка, ошибаешься, — я решил ее тоже подколоть, — как только ты к нам вернулась с Аленкой, после той истории... А мне тогда было четырнадцать. Я ловил любую возможность посмотреть на тебя. — И что нравилось? — она смотрела на меня и глаза ее смеялись. — Конечно, нравилась, особенно, на даче. Мы же спали в соседних комнатах, а там перегородки помнишь? В одну дощечку. А в одной доске сучок выпал, почти. Я ему помог, так, что было видно хорошо.Она слегка покраснела. Дело в том, что на даче у себя в комнате она спала раздетой, и к дочке вставала раздетой. И иногда ласкала себя. Поэтому подростку было что посмотреть. — Значит, ты на даче подсматривал вовсю, все четыре года? Правая рука не отсохла? — Во первых не вовсю, а когда луна светила, а так было темно, ничего, практически, не видно. Ну днем, но редко, то я занят, то тебя нет. А, во-вторых не четыре года, и три, потом сделали ремонт, и возможность кончилась. — И тебе уже некогда было, во всю с девчонками гулял. — Ты преувеличиваешь, так поцелуи, объятия, где-то, как-то. А ты вот она, красавица, голая, страстная. Я на тебя так запал, что все девушки мои были с маленькой грудью, как у тебя, и лобок я всегда их уговаривал брить, чтобы было как у тебя. — Ну вообще, я пару раз замечала, но дома, но что бы так. Совсем в краску вогнал. Что то у меня настроение такое, ты своими рассказами... А хочешь, я расскажу, как у меня было первый раз с мужчиной, я же тебе обещала. — Спрашиваешь, конечно. — Сейчас, только Аленка заснет. Или вы вместе теперь будете спать? — Опять язвишь? — Не бери в голову, завидую я ей. Но если хотите, то, пожалуйста. Я серьезно. — Нет спасибо, привык спать один, в этой квартире.Тут прибежала голая Аленка: «Мам, Володя, я спать. Как я вас всех люблю».Она поцеловала Наташу, и стала целовать меня. Я замялся, решив, как ее обнять, голенькую. А Аленка впилась искала губами мои губы. Я ответил на ее поцелуй, задержал его, придерживая ее левой рукой. А правую, была, не
