самосохранения, ему ещё хотелось жить, что бы отомстить им. Да. Его унижали, подавляли его волю, причиняли боль, а он не мог ничего противопоставить этой боли.
— ... девять, спасибо Господин, десять, спасибо Господин.
— Ну что, пока с тебя хватит... мне доставляет удовольствие это делать... продолжим позже. У нас есть ещё дела поважнее... Это была прелюдия так сказать. А теперь, рядом! — проговорил молодой человек, потянув к себе цепь. Никита покорно двинулся вслед за рывком цепи, а Господин в свою очередь вышел за дверь, ведя за собой сучку, переставлявшую колени и руки, пытаясь успеть за шагами Господина. Последней вышла девушка, и странная процессия молча направилась по коридору. Передвигаться было больно, мелкие камушки впивались в кожу, тяжёлый ошейник давил и тянул за собой, заставляя двигаться быстрее, полосатый зад горел огнём. Через некоторое время они вышли в просторную залу, в которой Ник узнал помещение, где его мыли из шланга. Сердце сжалось от предчувствия, а в животе как будто свернулся тугой комок. Неужто это было именно с ним меньше суток назад? Он не был уверен...
В противоположном, от того где его мыли углу, еле виднелась пара кресел ноутбук на полу помигивал экраном, рядом же стояла пепельница полная окурков, несколько бутылок какого-то импортного пива и чуть в отдалении пара дымящихся, явно с горячей водой тазов и еще много всяких, непонятного предназначения предметов. Пройдя через всю комнату Ник увидел вбитую в бетонный пол железную скобу. Здесь они все остановились.
— Стоять, на колени, руки вытяни вперед, — рявкнул Господин, подошёл к креслу и взял с него кожаные оковы, — Сучка! Подними взгляд! Видишь? Теперь эти предметы станут почти неотъемлемой частью тебя, так что привыкай к своим новым аксессуарам. — Господин потряс наручниками с болтающимися небольшими не застёгнутыми замочками на каждом и множеством вшитых в чёрную кожу колец перед лицом своего раба. — Тебе нравится?
— Да, Господин, нравится, — покорно согласился он.
— Ну и отлично, — улыбнулся молодой человек, ловко и достаточно туго закрепляя оковы на запястьях, щиколотках и руках чуть выше локтя, щёлкая замочками.
— Хорошо, теперь встать на колени, склонив голову к полу, задом к стоящим напротив креслам!
Пристегнув ошейник на максимально близкое расстояние к скобе, так что Ник не мог поднять голову даже на сантиметр, заломил ему руки за спину, и скрепил их между собой небольшим замочком на запястьях и выше, так, что стало больно.
— Жопку вверх! — приказала девушка, подходя с метровой железной палкой. — Ну же, смелей! — произнесла она, увидев, как Ник со страхом скользнул взглядом по подозрительной палке в руках у девушки, так и оставшись недвижимым.
— Ха! Ну же, дыыырочка, — наигранным печально-просящим тоном начала Госпожа, правильно поняв мотивы задержки, — Всё равно это, то чего ты так боишься, вскоре произойдёт. И это будет не самое страшное, уверенна, ты сам потом будешь просить нас об этом. А это — она помахала палкой перед его лицом — Всего лишь для того, чтоб ты не мог свести ноги вместе. Так что давай, не заставляй нас ждать!
— Да, Госпожа, — голос дрожал, выдавая его, Ники выгнулся, приподнимаясь и выставляя беззащитный зад вверх, карябая нежную кожу лица об холодный бетон пола.
Девушка наклонилась сзади, щёлкнула железным карабинчиком.
— Ну-ка, давай, ножки шире раздвинь!
Ники незамедлительно покорился направлявшим его приятно тёплым рукам. Второй щелчок. Девушка отошла, любуясь результатами.
— Ах, прям загляденье! Ты не находишь? — произнесла она, обращаясь к молодому человеку.
— Положительно да, особенно этот тигровый зад — Господин радостно засмеялся.
— А как тебе этот ... милый писюлёк? — продолжила она,
