парням сейчас голой. Там трахаюсь с ними у них на квартире.После чего путь до оживлённой улицы иду голой, но там, через часик будет меньше народу. Или же я прямо сейчас во дворе делаю, минет парню, и тогда он разрешит одеть сарафанчик, и быстренько пойдём на работу вместе. Я тут же приступила к минету. Случайных прохожих — тут и быть не может — между двумя домами — просто заросли кустарников и деревьев, без дорожек и детских площадок. А ведь через часик не понятно — может быть на пути следования до оживлённой улицы всё равно ещё будут толпы? Очень острые ощущения стоять рано утром под окнами собственного дома и возможно кто-то из окон и это видет?Сцена с минетом затягивалась, он не спускал, тогда я сама предложила — давай в пизду — так быстрее будет. Слава богу, что я проявила инициативу — потому как только с позы раком я встала после того как он в меня спустил и только успела лишь накинуть на себя халатик, как через этот дворик воспитательница детского садика куда надумала повести своих детишек. Радуясь тому, что мы успели мы с Геной быстренько дошли до завода и почти без опоздания оказались на работе. Меня тут же водрузили не пьедестал, снимая с меня сарафанчик, и стали настойчиво требовать, что бы я рассказала им, чем закончилось вчерашний вечер и как прошло утро. Я с удовольствием всё рассказала и показала, что из меня сейчас вот вытекает две утренние спущёнки — соседа Вадима и соседа с дома напротив.Местами мне аплодировали, и Сан Саныч после этого подошёл ко мне и торжественно вручил мне мою рабочую одежду на сегодняшний день. Открыла коробочку. Это оказался очень красиво отделанный топик, точнее, что-то вроде топика. По конструкции он напоминал высоко-приталенный русский сарафанчик, но из абсолютно прозрачной ткани. Бретельки, что держали его на моих плечиках, были совсем тоненькие и далее они формировали каркас лифчика вокруг моих грудей и от этого каркаса, как бы прикрывая мои груди, свободно свисали прозрачные желто-красные ленточки. А ниже этого каркаса-лифчика, так же в жёлто-красных тонах, спускалась полупрозрачная туника по бокам, закрывая мои ляжки почти до колен. А вот по центру оставляя меня оголённой так, что можно было наслаждаться моей причёской на интимном месте.Так как на мою фигуру трудно подобрать наряд, уж больно крупные у меня груди. Застёгивается всё одеяние на единственную застёжку в районе очень эластичного лифчика. Главное, что было приятно — это, то, что с боков хотя бы я выгляжу ну вроде, как и одетой. Если бы снизу были бы одеты джинсы и сам материал был бы не столь и прозрачен, то такой удлинённый топик (или эротический сарафанчик) был бы вполне приемлем, ну если грудями не трясти, что бы ни было заметно, как торчат соски. Но тут джинсов не было, как впрочем, и трусов и материал был хотя и цветной, но всё же прозрачный на столько, что отчётливо был виден ореол коричневый, который есть вокруг сосков. Ещё немного погалдев, все разошлись по своим рабочим местам. И я так же удалилась за свой рабочий стол. На моём столе уже была куча трудов за вчерашний день.Сперва пришлось пройти быстренькую сдачу анализов. Ну, а потом, как это не странно я с удовольствием углубилась в изучение этих материалов. В каждой работе было масса новаторских идей. К 12-ти часам я охотно включилась в собеседования с каждым по отдельности. Самый последний сотрудник — Тимур, для которого я пока ещё не была призом, до удивления неожиданно интереснейшую работу продемонстрировал. А ведь ранее всегда был простым статистом. Даже от него было приятно почувствовать, что создал и он тоже концептуальные идеи.Мы с Тимуром задержались особенно долго, мне откровенно хотелось, что мои шефы выбрали именно его... так мы и не заметили, что время обеда давно уже и кончилось. И я с трудами всех сотрудников пошла к шефу. В кабинете Гены было тихо, стояла несносная жара, и было
