причудливость ситуации захватила меня — кого из девушек еще могли бы иметь так, в небесах? По моему телу вновь поползли тонкие змейки — склонив голову, я увидела, как мои соски вновь ... кусают маленькие ротики. В этот же момент толстое щупальце протиснулось мне в зад, совершая там поступательны движения. Я застонала и с громким криком начала кончать.
Я не знала, сколько времени я провела в воздухе, пока меня имели по всякому — в разные щели, вверх и вниз головой, на лету и замерев в воздухе. Но вот наконец огромный член запульсировал и начал извергать в меня свое семя. В этот же момент Ходящий-с-Ветром начал опускаться.
Поставив меня все у той же могилы, спиной к себе, он скупо объяснил, как мне поступать завтра. После этого вновь послышалось хлопанье крыльев и огромный силуэт на миг заслонил Луну, прежде чем растаять в ночных сумерках. Как и вчера, мне снова не удалось разглядеть своего демонического любовника. По моим бедрам стекала смазка, меня била крупная дрожь и прошло не менее получаса, прежде чем я смогла сдвинуться с места, широко расставляя ноги.
На третью ночь я вновь пришла на кладбище, с большой сумкой на плече. Я с трудом нашла дорогу на кладбище — белесый туман сползал с холмов, заволакивая все сплошной пеленой. Мне пришлось изрядно поплутать, прежде чем я нашла нужную могилу. Усевшись на корточки, я раскрыла сумку и достала из нее мелок, линейку и большой циркуль. Высунув язык от усердия, я начертила на могильной плите круг, а по его краям — магические знаки. В центре круга я нарисовала семиконечную звезду. После этого я достала нож и сделала на руке надрез. Капнув кровью в центр круга и прошептав заклинание, которому меня научил Ходящий-с-Ветрами, уселась на краю могилы в ожидании. Туман сгущался в белесые тени, вокруг слышался вкрадчивый шепот, я ощущала осторожные прикосновения, хотя никого и не видела.
Вдали послышался протяжный вой и тут же прямо над головой у меня заорал козодой. Тут же у меня под ногами сначала чуть заметно, а потом все более ощутимо начала дрожать земля. Словно огромные черви рыли норы, почва приподнялась и снова опустилась — будто тут проскользнуло что-то большое. В тумане слышались звуки, которые я со страхом узнала — это с шумом вскрывалась земля. Мерзкий смрад гниения ударил мне в ноздри, послышалось какое-то шуршание, невнятное бормотание и я увидела, как в тумане неуклюже ковыляют странные фигуры.
Мне было очень страшно, но если бы я сейчас подалась панике, то тут бы мне и пришел конец. Дрожащими губами я произнесла заклинание и туман вокруг меня стал рассеиваться. Вскоре воздух очистился совершенно и я чуть не заорала от ужаса. По сравнению с тем, что предстало перед моими глазами зомби из луизианских болот был просто уродливой, плохо сделанной игрушкой.
Ко мне ковыляли уродливые твари — получеловекообразные, со скользкой серой кожей, уродливыми мордами напоминающими одновременно собак и обезьян, огромными клыками и острыми когтями. Я вспомнила — в книгах бабушки эти чудовища именуются гулами, пожирателями мертвечины. Дрожащими руками я потянулась руками к сумке и достала оттуда большой целоффановый пакет. Развернув его, я бросила перед собой большой кусок не до конца оттаявшего мяса.
Дядя Джим, насколько все же ты мертвый полезнее, чем живой.
Ближайшая ко мне тварь с урчанием ухватила промерзлый кусок, к нему кинулось еще несколько чудовищ. Я бросила им еще, потом еще — пока не опустошила всю сумку. Чавкая и огрызаясь друг на друга, гулы принялись пожирать мороженую человечину.
Меж тем от земли стали подниматься призрачные тени, постепенно сгущавшиеся в полупрозрачные людские фигуры. Я видела тут людей — мужчин и женщин — в одежде девятнадцатого, а то и восемнадцатого века, несколько человек было обряжено в индейские костюмы. Я поняла, что это призраки тех, кто похоронен на этом кладбище, чьи тела
