происходящее далеко вышло за рамки допустимого не только в отношениях между матерью и сыном, но и в самом откровенном флирте, но она словно бы не замечала состояния Виктора. Весь раунд он ерзал на табуретке, вертел головой и очень старался делать вид, что мамочкина грудь вовсе не привлекает его взгляда.
Когда же он проиграл, мать игрива подмигнула своему неудачливому партнеру.
— Кажется, я знаю, кого нужно благодарить за выигрыш, да, милый? — проворковала она.
Судя по всему, ситуация безумно ее забавляла. Она нежно обхватила свои сиськи ладонями с боков и снизу, сжала их, слегка массируя, большие и указательные пальцы сошлись на твердых комочках сосков, подергивая их. У Виктора безотчетно отвалилась нижняя челюсть. Закончив свои манипуляции, мать послала ему звонкий воздушный поцелуй и попыталась вытрясти в разинутый рот остатки содержимого из пивной бутылки, но та была пуста безнадежно. Мария воздохнула.
— Ладно, — сказала она игриво. — я думаю, теперь мамочке действительно пора спать.
Поднявшись из-за стола, она согнулась, сгребая с табуретки ворох своей одежды, при этом ее упругие сиськи лишь слегка отвисли. Прижав одежду к груди, Мария собралась было уходить.
— Подожди!... — сипло сказал Виктор, хватая проходящую мимо мать за ногу чуть выше колена. — Давай доиграем.
— Но уже так поздно, милый, — ответила та, проведя по щеке сына ладонью и хихикнув. — Да и раздеваться дальше было бы совсем неприлично. Спокойной ночи.
Она наклонилась к его лицу, собираясь поцеловать на прощание, и тотчас же одна его рука грубо вцепилась в ее правую грудь, сжимая до боли и меся ее круговыми движениями, а другая легла на затылок, прижимая губы матери к губам сына. Мария почувствовала не очень умелый, но несомненно страстный поцелуй.
— Мммм! — протестующее замычала она в его целующий рот, упираясь руками в мускулистую грудную клетку, и теряя при этом ворох своей одежды. Вещи рассыпались по полу. Крепкие руки сына обхватили мать за плечи, подавляя попытки отстраниться, и тесно прижимая к себе. Ее грудь уперлась в его.
— Так нельзя, — растерянно шепнула она, ткнувшись подбородком в его плечо. — это неправильно, понимаешь?..
Вместо ответа он спустил руки на ее бедра, уцепившись за трусики и рывком сдернув их до колен.
— Нет! — воскликнула она шепотом, резко выпрямляясь во весь рост. — Не надо, пожалуйста!
В этот момент сильные ладони подхватили ее под ягодицы, приподнимая их и разводя в стороны. Слегка покачнувшись Мария ткнулась своей восхитительной грудью в лицо сына и тотчас ощутила на ней прикосновения его губ и языка.
— Витенька... милый... — лепетала залившаяся густой краской мать, ошеломленная не столько самим натиском, сколько его скоростью и уверенностью, но договорить в этот раз не успела. — Ай! — взвизгнула она, когда зубы сына вцепились в ее сосок, а указательный палец правой руки коснулся ануса, и начал стремительно в него погружаться. Успех этого мероприятия Мария возвестила протяжным стоном. — Оооооооох...
«Где он этого нахватался» — мелькнула у нее мысль, когда палец практически одним тычком вошел в ее прямую кишку на всю длину, но размышлять об этом скоро стало некогда. Помучив зубами один сосок, Виктор переключился на другой, одновременно двигая пальцем взад-вперед в заду матери, и отвесив сочный шлепок по ее ягодице свободной рукой. Тело женщины отозвалось на грубоватые и активные ласки привычной реакцией. Соски торчали, дыхание участилось, мышцы заднего прохода сокращались, обжимая трахающий ее попку палец, а киска начала увлажняться. Она не была фанатичной поклонницей анального секса, но допускала до своей задницы как бывшего мужа, так и нескольких любовников после него. Сами по себе анальные ласки доставляли Марии удовольствие. Но
