семейные пары. Подъехало такси. Вышла ... Женя. Короткая клетчатая рубашка с коротким рукавом, затёртая джинсовая сумка через плечо, не менее затёртая джинсовая мини-юбка, белые полукеды. Несмотря на кажущуюся простоту прикида, видно было, что вещи не такие уж и дешёвые. Верхние пуговицы рубашки были расстегнуты и создавалось впечатление, что Женькина грудь вот-вот вырвется наружу. Сидящие в кафе мужчины, как по команде развернулись в Женину сторону, произвёдшую эффект разорвавшейся бомбы.
— Привет красавчик, — Женя, подойдя нагнулась через стол, чтобы поцеловаться. Перед моим взором предстала открывшаяся её грудь под рубашкой. Женя была без лифчика. Начало переставало быть томным. Женская половина, присутствующих в кафе Жениному появлению явно не была рада.
— Привет мать, — коснувшись её губ сказал я.
— Ну что, накидаемся сегодня? — как-то по-базарному ляпнула она. В голосе слышались игривые нотки. В Женьке жил ещё ребёнок.
— Легко, — поддержал её настрой я.
Разговор стал вязаться только после выпитой половины бутылки коньяка. Вспоминали всё. Заказали ещё бутылку, шашлыки. Когда Женя уходила в туалет, то было забавно уже пьяным глазом наблюдать за мужчинами, ломающих себе шеи, и тех, кто исподлобья пытался в присутствии жён пялиться на неё. Время шло. Выпивка не заканчивалась. Женьке нужно было отдать должное — пила, как лошадь. Я хмелел быстрее и всё сильнее хотел её трахнуть. Трахнуть прямо тут, в кафе на глазах и на зависть всем. Женьку несколько раз приглашали танцевать, но получали стопроцентный отказ. Танцевала она со мной. Танцами назвать это уже было трудновато, потому что мы вовсю целовались взасос и всё это сопровождалось моим не встречающим никакого сопротивления лапаньем. Член рвался наружу из узких джинсов. Мой пьяный мозг ещё мог понимать, что наши откровенные танцы могут кому-то не нравиться и совсем недалеко до неприятностей. Предложив Жене покинуть кафе и двинуться продолжать пить, гуляя по близлежащему скверу, я расплатился за столик и мы, к сожалению мужской и счастью женской половины, покинули кафе. Гуляя по скверу мы продолжали целоваться и прижиматься друг к другу. Сев на лавку я не выдержал:
— Женька, милая моя, пососи а? — язык заплетался.
— Ммоммент, — промычала Женька. Градус догнал и её.
Кое-как расстёгивая джинсы, Женя нырнула рукой мне в трусы. Член готов был лопнуть у неё в руке. Горячие губы коснулись головки. Женя всасывала член глубже и глубже, словно стараясь что-то высосать изнутри. Я смотрел сверху, как её голова методично ходила вверх-вниз, вверх-вниз. Рубашка немного съехала вверх, оголив низ спины. На талии тонкая золотая цепочка с камнями «Swarovski». Пояс юбки оттопырился под которым хорошо были видны Женькины трусики. Трусиками это было назвать тяжеловато — пара белых верёвочек, опоясывающих поясницу и уходящих в щель между половинками ягодиц. Сучка! Какая ж она офигительная! Длинные сильные ноги с красивыми широкими коленками. На щиколотке ноги тоже такая же цепочка. Я начал ловить себя на мысли, что не на той женился, хотя понимал, что такую жену действительно иметь опасно. Слишком уж хороша.
Между тем Женя строчила мне на полную. Член у меня в принципе не маленький и то, что она его заглатывала аж к гландам доставляло мне особое удовольствие. Моё первое ощущение, что как только член окажется у неё во рту, я сразу кончу сменилось небольшой тревогой — кончить я никак что-то не мог. Коньяк давал о себе знать. Член стоит, как кол, а с семяизвержением, блин, проблема. Я видел, что и Женя начала уставать.
— Ты мне кончишь или нет? Запарилась я уже, — высунув член изо рта несколько раздражённо спросила она. Сосала, надо сказать она классно — без чваканья, чпоканья и кашля. Методика была профи. Понятно было чем, кроме всего прочего Женя охмурила
