пальцев.
— Вот ведь толстокожий... ему тут дрочат, а он и ухом не ведёт... Гена, ты свинья, сви-и-и-нья, — томно прохрипела она, запустив вторую руку себе в трусики. Указательный палец заскользил вверх-вниз по влажным пухлым губкам, изредка ныряя в обрамляемую ими щелку писи. — О-о-о!
От сладких стонов и ласк жены Букин возбуждался всё больше и больше. Когда сдерживаться уже не осталось сил, и потоки спермы должны были вот-вот выплеснуться прямо в семейники, пальчик Даши стал двигаться всё быстрее и быстрее, полностью сосредоточившись на пещерке влагалища. Когда скорость стала предельной, она жалобно пискнула, до боли закусив нижнюю губу, и испытала такой оргазм, какого не испытывала уже давно.
Рыжая бестия едва не задохнулась, изо всех сил сдерживая крики наслаждения. Потом отдышалась и вытащила руку из трусов мужа, оставив в покое его член.
— Ну и спи себе, свин! На, вот тебе!
Резкий, возбуждающий запах коснулся ноздрей Гены. Потом в его рот вошёл палец, тот самый, который побывал внутри жены. Его безумно захотелось облизать, но Букин сдержался. Немного подвигав им взад-вперёд, как это делала в своей писе, Даша повернулась набок и умиротворённо заснула.
Гена поднялся в кровати сразу же, как услышал тихий храп жены. Ему очень хотелось кончить, но спускаться вниз, к туалету, он не решался. Это нужно было сделать здесь, но как? Куда?
Она лежала спиной к нему, так, что под мятым одеялом хорошо угадывалась её большая притягательная задница. Отбросив его, Букин на миг залюбовался обтянутыми трусиками половинками и медленно, с наслаждением стянул их вниз, до самых бёдер. Как они были прекрасны сейчас...
Раздвинув полушария, Гена провёл головкой члена по не успевшей ещё остыть щелке писи, слегка смазывая её, и приставил к обрамлённому волосиками анусу жены. Слегка надавил.
Даша издала во сне недовольный стон, когда залупа мужа неожиданно легко проскочила в её попку. Не обращая внимания, тот уверенно начал продвигаться всё глубже и глубже. Всунув член наполовину, медленно потянул его назад, потом снова вперёд и опять назад... Ощущения были настолько приятными и непривычными, что Букин сам не заметил, как кончил. Высвободив обмякший инструмент, вытер его о бюстгальтер жены и лёг спать, довольно захрапев.
