женаты на ней, кровосмешение недопустимо, только Салсар аэн Шиидхари и Вольтром аэн Массараши ещё не давали начало новой жизни. Я всего лишь телохранитель, моя бесконечность посвящена защите моего лорда и я могу ею пожертвовать, я прислуга, с которой не делятся секретами великие правители, но даже мне известно, что совет лордов разделился, два лагеря, по семь сторонников у каждого кандидата, ещё двое лордов попросту отказались принимать чью-то сторону и отстранились от дебатов...
— И с приходом орков, все внезапно отвлеклись от внутригосударственных дрязг, а жребий вести карательную армию достался не одному из шестнадцати «непригодных» эльфов, но одному из двух «пригодных». Интересны повороты судьбы.
— Теперь ты видишь, хозяин? Жизнь моего лорда... моего бывшего хозяина может предопределить будущее Извечных Домов на половину тысячелетия! Сегодня она едва не прервалась, многие верные, по-настоящему верные воины погибли, нас осталось немногим более десятка, но мы выжили и наш лорд тоже. Поэтому не жалко отдать ещё двоих, меня и брата, чтобы...
— Чтобы полузверь с севера согласился присоединиться к ослабевшему отряду верных телохранителей и сопроводить надежду Извечных Домов под сень родного леса. — Гигант широко и злобно оскалился, показывая костяной капкан неестественно белых зубов. — Купить оружие танелонца плотскими утехами? Неплохое решение, но я не могу понять, дурак этот Салсар, или всё же разумный эльф? Зачем он ринулся в самую гущу схватки? Один отряд, пусть и опытных воинов вашего рода очень мало мог повлиять на исход битвы, мы бы победили без этого. Есть ли смысл помогать кому-то, кто действует так глупо? Тем более, помогать сесть на трон.
— Чаша мести толкнула его! — жарко возразила эльфка. — Во время оборонительных манёвров, когда орда шла через наши чащи, поджигая всё вокруг, среди погибших защитников были побратимы лорда, офицеры пограничных частей, смелые и самоотверженные воины! Он знал их веками, они росли вместе, вместе служили Извечным Домам, пока долг не призвал его занять место на троне совета, а их — взять мечи и уйти на границу. Наш лорд пошёл в самую гущу, чтобы испытать судьбу и достать голову Махруджа, но завяз. Он бился на грани сил, но орков было так много... А потом появился ты, ужаснее ничего в жизни не видела, шёл рывками и секира порхала вокруг смутными всполохами, изо рта текла пена... Мы вырвались, мы ушли, хоть и ни с чем, но мы выжили благодаря тебе! Поэтому мы здесь!
Самсон продолжал улыбаться, но уже сдержаннее, без злорадства, без издевки.
— Я не пойду в сторону Извечных Домов, — сказал он, наконец. — Так что можете спокойно уходить. Мне было хорошо с вами, маленькие эльфы, и следующие несколько лет я буду вспоминать и вас.
— Мы никуда не пойдём! — решительно отказалась эльфка. — Пускай ты и умнее, чем казался прежде, но ты не кругом прав, мой хозяин!
— Где же я ошибся?
— Мы, я и мой брат — дар! Не подкуп, а дар! Наш лорд не велел нам тянуть тебя на север, он не велел просить тебя о том, чего ты сам не желаешь делать! Он просто сказал, что задолжал тебе десяток вечностей, поэтому, мы с Аши здесь! Мы слуги в благодарность и мы твои! Возьми нас с собой, или убей, но не гони! Обратно к лорду дороги нет и быть не может! Если мы вернёмся, то пойдём против его воли, если и ты бросишь нас, то не останется места в мире, где мы с братом пришлись бы к месту! Нет страшнее участи для эльфа, чем жить без места, к которому можно приткнуться!
Самсон с прохладным спокойствием взирал в огромные глаза эльфки, глаза цвета огненной осенней листвы со сверкающими миндалевидными зрачками. Он всё ещё не находил особой прелести в эльфской красоте, но это маленькое хрупкое создание зацепило его своей чувственностью, и перестало быть безразличным. Да и вторая девка в обличии юнца, столь
