как же это красиво!», воскликнул Лэйс, поглядев в зеркало. Дрожащими от возбуждения руками он трогал свое тело в кружевном белье, пробовал на ощупь тонкий нежный шелк чулок. Сейчас Лэйс был похож на чудную юную девушку, с еще не оформившейся грудью. Это зрелище вызвало у меня такой прилив нежности, я не удержалась и, обняв, поцеловала его в губы, нежно, как целует женщина женщину.
«А теперь, малыш, посмотрим на самый главный подарок», сказала я, открывая последний пакет.
В пакете лежала одна единственная коробка.
«Открой сам», попросила я сына.
Лэйс, дрожа от нетерпения, предвкушая нечто особенное, вскрыл коробку. Там лежал великолепный дилдо с кожаными ремешками. У него перехватило дыхание.
«Мама, это для меня?! Я так хотел узнать... почувствовать то, что чувствуешь ты... какая же ты у меня, мама... я хочу, чтобы ты трахнула меня им... прошу тебя...»
В его голосе была такая страсть, такое желание, которому невозможно было противостоять. Я, не медля, пристегнула страпон.
Лэйс встал на кровати на четвереньки так, чтобы в зеркало была хорошо видна его попка. Он не отводил глаз от своего отражения. Ему было хорошо видно, как я выдавила на ладони крем для загара и нанесла его на страпон. Как потом я, наклонившись, оттянула вбок полоску трусиков, прикрывавшую промежность, поцеловала его анус и скользкими от крема пальцами стала мять и ласкать его дырочку. Он следил за мной, не отрывая глаз, затаив дыхание. Когда два моих пальца стали легко входить его дырочку, Лэйс уже стонал, извиваясь и выгибая спину. Его стоны и движения разбудили во мне такую похоть, низ живота ломило, киска стала мокрой и горячей, клитор под ремешками страпона набух от возбуждения.
«Мама, трахни меня... трахни, прошу тебя», задыхаясь, прошептал Лэйс.
Я, не медля ни секунды, вытащила пальцы из его ануса и тут же втолкнула туда головку страпона. Лэйс охнул, но тут же расслабился, и я без труда ввела дилдо в его анал. Я бросила быстрый взгляд на зеркало. Это было непередаваемое зрелище! Могла ли я таком даже мечтать? Я трахаю страпоном одетого в женское кружевное белье юного мальчика, и этот мальчик — мой сын!
Я начала размеренно двигать бедрами. Дилдо легко, с хлюпаньем скользил в Лэйса, входя на всю длину. Он похотливо приподнимал попку навстречу мне, его движения и впрямь походили на женские. Я то размеренно долбила его попку, то медленно выводила дилдо из него и толчком вталкивала обратно, то трахала его быстро и глубоко. Временами я наклонялась к нему и целовала его спину, ласкала руками грудь, бедра, гладила его член... и трахала, трахала, трахала его похотливую попку. Каждый раз, когда страпон входил в него, Лэйс издавал стон, который мог свести с ума кого угодно. Я сама уже почти потеряла голову от возбуждения, каждый толчок бедрами отзывался в моем клиторе, половые губы так набухли, что кажется готовы были лопнуть. Ремешки страпона терлись о мою промежность, добавляя удовольствия. Движения и стоны Лэйса, его отражение в зеркале, скользящий перед моими глазами страпон, все это привело меня в неистовство. Лэйс тоже был уже на грани. Он стонал, не переставая.
«Ооооооо, черт... я кончаю!» закричала я. Судорожная горячая волна накрыла меня. Я с силой всадила страпон в Лэйса. В тот же миг из его члена брызнула горячая, тугая струя, заливая его лицо и грудь. Наши крики удовольствия слились в один крик. В изнеможении мы рухнули на кровать. Я выщила страпон из его попки. Волна нежности охватила нас.
«Мама, это было так... так прекрасно... теперь я знаю, что чувствуешь ты...», прошептал Лэйс.
Мы с нежностью целовались, ласкали и гладили друг друга.
«Мы ведь попробуем это еще раз, мама?», спросил он.
«Обязательно», с улыбкой ответила я. «Столько, сколько захочешь, малыш.»
С облегчением я вдруг вспомнила, что у нас есть еще четыре дня наедине, чтобы воплотить в жизнь наши самые потаенные желания. Именно этим
