поверхностью — чтобы они не слишком сближались. До конца мне это не удалось. Когда девчонка принялась кончать, она прижалась ко мне всем телом, вжав в мою грудь свои мягкие шары. Обвив меня, словно осьминог, всеми конечностями, она довольно долгое время вздрагивала, урчала. И даже булькала, когда мы случайно ушли под воду.
После того, как Людка, все еще пришвартованная к моему члену, отстранилась, смущенно потупившись и даже, по-моему, зардевшись, я несколько секунд раздумывал, не загнать ли мне ее снова под воду и не кончить ли в ротик, приказав все проглотить. Но передумал, отложив на вечер.
Вышли мы на берег, когда народу на пляже уже не было — все ушли на обед. Людка была сильно обрадована этим обстоятельством, быстро набросив прозрачное парео. Не смотря на прозрачность ткани, закрывшей женское тело от груди до бедер, ее развратный вид в просвечивающем купальнике стал гораздо менее вызывающим. Не то чтобы мне это не понравилось, но шло в разрез с концепцией держать Людку в постоянном напряжении. «Ну, ладно, вечером что-нибудь придумаю, чтобы понимала, что не в сказку попала» — решил я и жёстко сжал упругие ягодицы, норовя скользнуть пальцами сквозь плавки в заветную расщелинку. Девчонка взвизгнула, лихорадочно заозиралась, но безропотно позволила мне тискать себя в мое удовольствие.
«Вот так-то лучше!» — подумал я, разглядывая открытый в панике ротик, распахнувшиеся в ужасе глаза, судорожно ищущие свидетелей такой непристойности, и вишневый под загаром румянец, затопивший нежные щечки...
Дальнейшие события происходили уже после ужина, когда мы решили совершить вылазку в город. Людкин наряд я выбирал самолично. Ее дочка была с моей супругой, и никто не мешал мне наблюдать за примерками. Мною была выбрана лимонного цвета майка и короткая юбочка. И то и другое соответствовали моим устремлениям держать девчонку в тонусе. Ее полная грудь под майкой просматривалась совершенно чудовищно непристойно. (Специально для — ) Она едва не вываливалась, соски выпирали, а их темные окружности проглядывали, не оставляя простора для воображения. Белая юбочка была похожа скорее на пояс. Она обтягивала женственные бедра, как вторая кожа. Единственное, на что уговорила меня Людка, так это надеть под юбку трусики. Аргумент был весомым — она боялась промочить юбку, так как текла не переставая. Я согласился, понимая, что если на юбке сзади окажется влажное пятно, получится нехорошо. Впрочем явно проглядывающие стринги на хорошенькой попке смотрелись очень даже. Самому мне пришлось еще забежать в номер, надеть плавки — эрекция была непрекращающейся, а утягивающие плавки хотя бы могли скрыть ее под шортами. Завершали наряд моей любовницы босоножки на высоченной шпильке.
Супруга моя оделась не столь вызывающе, но тоже сексуально. Так что на вечернем моционе я чувствовал себя, как бы это сказать... одухотворенно! Мое тщеславие было удовлетворено на 100%, когда мы совершали променад по ночным улицам курортного городишки. Что может быть прекраснее (если исключить секс как таковой), чем пройтись по улицам, имея с обеих сторон двух совершенно потрясающих, длинноногих, красивейших женщин? Очаровательных, сексуальных, притягивающих мужские взгляды разного калибра и достоинства, словно магнит. И даже дети не могли помешать моему счастью, крутясь под ногами и непрестанно требуя внимания.
Мы вышли на главную (большой протяженности) улицу, параллельную морю. С одной стороны тянулись бесконечные магазинчики и кафешки. С другой стороны была невысокая, метра полтора, стена. За ней находились территории отелей второй линии. Причем сразу за каменным забором начинались заросли в темноте, сама цивилизация начиналась гораздо дальше, уже непосредственно возле самих отелей. Это я к чему?... А удачно получилось. Мы выбрали как раз эту сторону улицы, так у магазинов роились толпы отдыхающих, тогда как
