Я Виктор 1958 г. р, мама Лена 1939 г. р, рождённая в деревне, жившая в городе куда родители уехали по её категорической настойчивости когда мне было 2 года. Мама на 23 рыжая еврейка. Образование высшее по профессии технолог пищевой промышленности. Длительное время работала до самой пенсии начальником холодильного цеха крупного пищевого комбината.
В 1965 году у меня появилась родная сестра... от родного моего отца (удивительно).
ЮЛЯ она.
Батя 1933 года рождения, крест от рождения и по предначертаности жизненного пути.
Городская жизнь в нём убила крестьянского Разина... и он бы стал, но при условии его жизни на земле, чего из за маминой настойчивости не произошло и что служило до конца их совместной жизни неосознанным яблоком его душевного раздора. Мать себя в условиях городской жизни до распада СССР реализовала, батя не до распада, не после — нет.
Батя был шофёром тяжёлой машины КРАЗ. Одним словом работяга совдеповского толка — работал и пил, был бы алкоголиком может, пожил подольше. (скажу сразу ещё у всех совдеповских работяг крестов была яркая черта характера — патологическая ревность доходящая до рукоприкладства, чаще всего беспочвенная, в нашем случаи слава Природе Еврейского Народа причинная).
Я рос маменькиным сынком... к сожалению не еврейского воспитания. Надзор мамы был всепоглощающий и вездесущий. До 7 лет я с ней ходил в женское отделение общественной бани. Минутные опоздания или отлучки без спроса становились поводом для духовного наказания типа _я умирала от страха за тебя __. Хоть мы жили и в городе но район, где был наш дом, мало чем отличался от центра зажиточного села а уж народ весь был из блатных. Улица манила меня, мама не пускала, охраняла, я вынужден был расти книгочеем и фантазёром. Читал ужас как много (пример — первая книга. граф Монте Кристи прочитана за ночь под одеялом в 9 лет).
В те времена работали родители много... и от гудка до гудка (настоящего гудка его было слышно за 5 км)... до 11 лет я рос строго — дом школа... летом трёхмесячные совхозные работы в деревни у бабушек и дедушек (глоток относительной свободы). В деревне главное развлечение РЕЧКА. На речке, как известно все относительно раздетые, в том числе девочки ну и отдыхающие женщины в основном из города, по тем временам уже продвинутые дальше сельских баб, которые купались в пеньюарах привезённых в виде трофеев с войны. В 12 лет впервые увидел как взрослая женщина (лет 30) переодевалась после купания и оооооооо у меня появилась эрекция днём... что сильно меня напугало, но этот страх был какой то приятный и сладкий. А ночью произошло чудо она мне приснилась (в точь в точь как днём переодевалась) у меня из вставшей письки впервые под сладкие такие СЛАДКИЕ!!! ощущения вышла сперма (я об сперме малофье уже слышал от продвинутых деревенских пацанов которые помогали крыть кобыл жеребцами). С этого времени женский пол, а точнее их вторичные половые признаки стали моим проклятием (мучением). С данного момента всё что было связано или покрыто тайной продолжения рода человеческого стало для меня предметом изучения и анализа, даже если там был хоть малейший намёк на эротизм.
Про онанизм я уже слышал в том же возрасте от тех же пацанов, только в разрезе того — что кто дрючит у тех на ладонях начинают расти волосы, поэтому впервые я сам себя удовлетворил аж в 17 (сил более не было терпеть). Волосы к удивлению расти не стали это обрадовало и дало толчок к мощному изучению процесса онанирования и получения наслаждения, было замечено мной что качество наслаждение зависело от фантазий, ну а впервые увиденные игральные порнокарты совершили прорыв в количественном плане число семяизвержений за сутки достигло до 4—5 раз (первые измерения писи в тот период составили длина 14 см толщина 2, 5 см).
К этому периоду относиться и мой первый опыт подглядывания за мамой, это было очень просто у нас
