аккуратный, изысканный. Сантиметров 18 в длину и толстый, как сарделька. Он торчал под углом чуть вверх и тяжело покачивался. Внизу отвисали большие яйца — упругие плотные шары, раздутые от переполняющей их спермы.
Кэнди поднялась с лежанки, подошла к Мэтту и встала перед ним на колени. Его член вздымался прямо перед её лицом. Девушка обхватила пенис рукой. Какой же он был горячий, твёрдо-упругий и мощный!
Дрожа от желания и волнения, она разинула рот пошире и втянула губами головку пениса. Могучая плоть Мэтта распирала ей весь рот. Сопя и мыча, девушка начала сосать. Обильно потекла слюна. Кэнди усердно старалась. Она то сосала, забирая пенис Мэтта глубоко в рот, то выпускала его и облизывала языком сверху до низу от головки до самых яиц. Сами яйца, эти плотно-упругие мешки, Кэнди тоже, с удовольствием вылизала. Попутно, она спустила с него джинсы, так что Мэтт был теперь полностью обнажен. Он постанывал от удовольствия, тёрся членом и яйцами о лицо мулаточки, придерживая руками ей голову, всовывал Кэнди свой пенис в рот глубоко, а потом водил головкой пениса ей по губам и щекам. Этот дикий развратный отсос длился минут пятнадцать.
— Ну, всё, — наконец прохрипел Мэтт. — Теперь, я хочу трахаться.
Он подхватил взвизгнувшую от восторга Кэнди под ягодицы, приподнял и уложил спиной на диван. Затем, задрал ее левую ногу вверх, ухватив девушку за щиколотку. Правую ногу Кэнди отодвинула немного в сторону. Сам Мэтт навис над мулаточкой. Его мощный горячий пенис упёрся ей в половые губки. Мэтт надавил. Его елдак напористо раздвинул коричневые складки девичьей «киски». Кэнди, вся дрожала от наслаждения и восторга, чувствовала, как член Мэтта входит в неё. Елдак, даже, протискивался с некоторым трудом, несмотря на то, что пися Кэнди вся была мокрой от возбуждения.
Мэтт начал давить сильнее. И вот, преодолев сопротивление, пенис его ворвался в горячую сочную мякоть девичьей писи. Кэнди протяжно застонала, вся выгибаясь от удовольствия. Мэтт заполнил её всю. Когда же он начал двигаться взад вперёд, девушка не смогла сдержать восторженных криков. И она кричала и кричала, чувствуя как пенис Мэтта сладко мощно, глубоко и сильно вонзается в ее вагину. Там было мокро, липко и горячо. Всякий раз, когда пенис совершал нырок туда-сюда, слышалось мокрое сочное чавканье. Из писи Кэнди текло и текло. Пенис, ныряющий между растянутых срамных губок весь был мокрый и блестел.
Чуф-чаф! Чмок-чмоки-чмок!
Эти звуки, двух, соединяющихся мокрых плотей, наполнили комнату. Кэнди тяжело, шумно и порывисто дышала, лежа под ебущим её белым мужиком. Он двигался всё сильнее и быстрее, его член сладко вонзался в возбуждённую девичью плоть. Руками Мэтт тискал сиськи мулаточки и урчал от удовольствия. Пользовать эту шлюшку было очень приятно. Он загонял ей едва ли не по самые яйца. Он то убыстрялся, то замедлялся, то, вонзал пенис в чавкающую вагину Кэнди немного под разными углами.
— Ой! ой, — стонала она. — Ещё! Ещё!
Ебля продолжалась долго. Мэтт был мастером своего дела. Он, то подводил девушку к самому пику наслаждения, то сбавлял темп, то снова начинал гнать, сводя Кэнди с ума. Она громко вскрикивала от плотского удовольствия, глаза её восторженно блестели.
И вот, Мэтт довёл её до оргазма. Кэнди закатила глаза и пронзительно, невероятно громко завизжала. Её пися толчками сокращалась, вагинальный сок брызгал и струился. Девушка от наслаждения непроизвольно дёргала ногами и бёдрами, а Мэтт, рыча еб и еб её, продолжая вгонять член в горячую глубину её плоти.
Но вот, наконец, он приподнялся и вытащил из писи Кэнди свой член. Он был весь мокрый и липкий до самых яиц. Впрочем, и яйца Мэтта блестели от мокроты, натекшей туда смазки.
— Ты молодец, детка, — рассмеялся Мэтт, переворачиваясь на спину. Кэнди ничего не могла ответить, она безудержно смеялась от восторга ... и
