Мои фото, как он говорит, сводят его с ума. А меня сводят с ума его фантазии. Вот и сейчас сижу на диване напротив зеркала в чёрных чулках, в кремовых босоножках на высоком каблуке, стринги, короткий топ. Помада, как он любит — тёмно-коричневая, коричневые тени, длинные ресницы, зелёные глаза, чёрный парик «каре». Читаю его фантазии. Смски в несколько строк. Я подчиняюсь его желаниям, гладя свои бёдра в чулках, гладя свою оголённую попку, со временем погружая в неё пальчики с французским маникюром... глаза полузакрыты от удовольствия... я его Женя, Женька, Женечка, как он любит это подчёркивать.
Познакомился я с Виктором Аркадьевичем в автобусе несколько лет назад. Обычный междугородний рейсовый автобус. По долгу работы в то время мне приходилось преодолевать шестичасовые переезды из родного города в один приморский городок на всю рабочую неделю, на выходные домой. Солнце, море, не пыльная работа, единственный «минус» — длительная автобусная тряска. И вот однажды рядом на свободное место сел мужчина на вид пятидесяти пяти — шестидесяти лет. Со временем разговорились, познакомились. Виктор Аркадьевич, как оказалось, долгое время работает массажистом. Тут-то я и пожаловался ему, что от таких частых и долгих переездов у меня последнее время млеет левая нога. Виктор Аркадьевич сразу же предложил мне помощь. Нужно было походить к нему на десять-пятнадцать сеансов массажа. Мы договорились на следующий день в назначенное время встретиться у него в кабинете.
Я зашёл. Кабинет был небольшой, где-то 5х5м. Топчан по середине комнаты, в углу стол, два стула. На столе какие-то бумаги, телефон. На стенах плакаты. В другом углу рукомойник. На полу видавший виды палас. В общем, обстановка скудноватая. Виктор Аркадьевич сказал мне раздеться до трусов и лечь на топчан. Через минуту я уже лежал. На мне были короткие плавки, гладкое загорелое тело резко контрастировало с белой простыней топчана. Виктор Аркадьевич помыл руки, тщательно вытер и подошёл ко мне.
— Ну что, начнём с общего, потом перейдём к твоему седалищному, — сказал он и начал мазать мою спину маслом. Массаж меня расслаблял и погружал в необычные ощущения, граничащие со сном. Казалось, что меня мяли, как тесто, разбивая каждый сантиметр тела. Постепенно Виктор Аркадьевич опускался к пояснице. Последовала попа и ноги. Делая мне массаж ягодиц, бёдер и икр я обратил внимание на подчёркнуто мягкие его прикосновения.
— У тебя красивые стройные ноги, — заметил он и, несколько смутившись, боясь услышать непонимание продолжал — такое нежное тело,... прямо какое-то,... как не мужское...
Действительно, тело я брил уже на протяжении нескольких лет дважды в неделю, увлажняя после этого дорогими кремами.
После массажа я себя почувствовал лучше, в то же время отношение Виктора Аркадьевича ко мне несколько смутило. Как-то недвусмысленно он это делал. С каждым следующим днём его массаж становился всё более откровенным. В среду я был несколько обескуражен, когда Виктор Аркадьевич, делая массаж ягодиц сначала максимально возможно мне закатил плавки, тем самым донельзя оголив ягодицы, а через какое-то время, сетуя на то, что ему так не удобно, попросил спустить их на бёдра. Пока я мешкал, пытаясь лёжа совершить это, Виктор Аркадьевич, не раздумывая, помог мне, рывком стянув плавки аж до колен. Я пытался было воспрепятствовать такому напору, но мою руку тут же вернули в прежнее положение.
— Мне так будет удобнее, массаж эффективнее, не перечь мне, Женя — сопровождал он объяснением свои действия. Моё лицо горело от стыда и не понимания дальнейших его порывов. С одной стороны, у меня был уже неоднократно секс с мужчинами, но только оральный. Удовлетворять себя анально с помощью разных предметов, напоминающих половой член я стал довольно-таки давно, перейдя впоследствии к помощи фаллоимитатора. Однако, это
