Запястьями к локтям. Деловито связали ремешками. Затем с потолка спустили странное сооружение, представляющее собой небольшие фермы со свисающими ремнями. Сооружение немного пугало, но слова доктора обнадеживали. Если даже не тем, что она испытает первый ... в жизни оргазм, то тем, что ею сейчас займутся мужчины.
Через короткое время Катя оказалась пристегнутой в интересной позе — вертикально, с широко разведенными коленями таким образом, что ее ноги представляли собой живописную букву «М». Загудел мотор, и все сооружение вместе с распяленным женским телом на нем чуть поднялось. На такую высоту, которая, как с вожделением отметила Катя, как раз годится, чтобы мужчина, вставший перед ней или за ней, мог без труда засовывать член в любую ее дырочку.
Доктор кивнул санитару, который принялся раздеваться, и взял из рук того брелок. Внимательно глядя Кате в глаза, он включил вибратор. Женщина, которой не было необходимости сдерживаться перед незнакомыми людьми, зашлась в стонах. И даже попробовала поизвиваться, чтобы ощутить вибрирующий предмет во влагалище еще лучше. Конечно перед доктором и санитаром проявлять свое малодушие было тоже ужасно стыдно. Но в конце концов, член одного уже был в ее ротике, а второй исследовал все укромные местечки ее тела, когда мыл.
Безусловно добавляло стыда и то, что блондинка в «аквариуме» напротив вольготно расположилась на ковре, привалившись к стене спиной и широко раздвинув ножки. Ее пальцы то по одному, то по два исчезали во влажном влагалище, язычок облизывал полуоткрытые пухлые губки, распахнутые глазки блестели. Весь вид Сандры показывал, как она заинтересована в происходящем за стеклом действии...
— Очень хорошо! — сказал док и отодрал комок пластыря от лобка.
Катя взвизгнула. И от боли от своеобразной эпиляции. И от позора. Вибратор вывалился из нее. А вслед на ковер брызнул ручеек ее соков, скопившихся от периодической вибрации. Разве можно так течь? И главное не скрыть этого? Да и просто — предстать перед мужчинами распяленной в такой позе, что никаких секретов для них уже не было.
Ко всему прочему доктор начал снова ее мучить. Он нежно провел пальцами между ног. Не задевая нежных складок. Катя дернулась, но мужчина тотчас убрал руку. С полуоткрытых губ сорвался болезненный стон:
— Я поняла, доктор! Я больше не буду сама искать контакта.
— Умная шлюшка, — одобрительно кивнул доктор и снова прикоснулся к шелковистой коже.
Рука заскользила по внутренней поверхности бедер, подбираясь к источнику пульсирующего наслаждения. Мучительного и сладкого. Одновременно док чуть наклонился, и его язык также издевательски обежал вокруг набухшего до боли соска.
Катя стонала, закрыв глаза от натуральной пытки — нежные руки и язык, блуждая вокруг и около, приносили почти физическую боль, останавливаясь в миллиметрах от самых чувствительных мест. Практически пылающих адским пламенем.
И когда доктор наконец соизволил нежным, почти неосязаемым, прикосновением приласкать их, женщина едва не потеряла сознание от счастья. Теперь язык слегка теребил твердый бугорок, а пальцы скользили по истекающим влагой губкам. Иногда чуть сжимая их подушечками, и иногда чуть входя.
Эти прикосновения обжигали. Граничили с болью. Но и приносили такое удовольствие, что женщина, не прекращая стонать, молилась, чтобы они не прекращались.
Наконец доктор отстранился. Катя разочарованно вздохнула, но к своему ликованию услышала слова, обращенные к санитару, находящемуся сзади:
— Ты хотел первым попробовать свежую шлюху? Можешь войти в нее. Только войти. Потом не двигайся, процедура должна идти по расписанию.
Катя, едва не теряя сознания, почувствовала, как к ее губкам приставляют что-то горячее и округлое. А потом член скользнул внутрь. Проникая с легкостью, не смотря на внушительные размеры. Женское тело заизвивалось
