открывала она ротик и вставляла в мой рот свои пальчики, а я их облизывал и целовал. — Леночка, я давно уже не мальчик, далеко не мальчик... — улыбался я сестре в глаза, и вставлял член глубже и резче. — Всё равно мальчик, для меня ты мальчик, ты же меня младше... Ой!.. — Как же давно мы не виделись, милая моя... — восхищённо шептал я, и надавливал членом на Елену сильней и чаще... — М-м-м... О... — закрывала она мутные глаза и притягивала мою голову к себе для поцелуя.Меня целовали губы моей любимой королевы, глубоко, горячо, с облизыванием... За это время я вспомнил всё, что было в детстве, прошедшие годы, встречающихся мне женщин, все мои влюблённости, но у меня не было никого лучше, чем Елена, никого красивей, душистей и приятней... Мой член взорвался, когда Елена сжала мою талию ногами и крепко всосалась в меня засосом.Мы лежали привязанные объятиями и целовались. Елена была после секса слаще мёда, вина и шоколада. Прижимаясь своими губами к её, мой разум получал невообразимую волну иного мира! Среди людей существует торжественная атмосфера, они подогревают её вином не в силах расслабиться и гармонично общаться, а мы с Еленой смогли, и даже когда очнулись от страстного порыва, нам обоим было приятно и легко. Мы узнали другое состояние, праздник всех праздников, единое и обоюдное соединение, разума, тела и человечности. Я целовал свою сестрёночку и, изменялся, становился совершенно другим... Елена, Елена, Елена... Её аромат вошёл в мой мозг и тело. Почему мы не встретились раньше? Почему запрещена плотская любовь между родственниками? Зачем создано такое табу? С большим трудом я это понимал, но не воспринимал, потому что это табу не могло осилить мою любовь к сестре. С большим трудом оторвавшись от её дивных губ, я целовал её плечи и руки, грудь и живот. Поднявшись на колени, измеряя свою королеву во весь рост, я заключил абсолютную истину: ни одна женщина моя, не достойна и части прекрасной феи детства моего... И здесь не может быть никакой извращенности, никакой болезни. Здесь есть чистые чувства... — Ой, братик мой, что мы с тобой сделали? — улыбчиво и задумчиво покачала моя сестра головой. — Мы утонули в море удовольствии, сестренка моя, — сказал я и чмокнул Елену в носик. — Ага, в море удовольствия. Что на тебя нашло? — Любовь к тебе, дорогая моя, — объяснил я, застёгивая брюки. — Ты кончил в меня, а в друг я забеременею... — Очень хорошо. — Нет Саша, очень плохо. Ты вообще понимаешь, что ты говоришь? — Ты жалеешь, что мы это сделали? — Мне приятно было, но этого не должно было произойти. Саша, ты пойми, мы с тобой брат и сестра. — Я понимаю, но я тебя люблю, понимаешь? — Ты в душ пойдёшь? — перевела Елена тему, — А то я пойду, у меня там липко...Я улыбнулся на неё и погладил по голове. — Ты прекрасно течёшь. Пошли в душ вместе? Я хочу тебя подмыть. — Ты точно ненормальный. Пошли.Обычная ванная комната, на этот раз превратилась в чудесную, в ней всё преобразилось, даже свет горел теплей и ярче, чем всегда, потому что сегодня в эту комнату вошла со мной она, моя драгоценная, любимая сестра. Она легко без стеснения сняла халатик и зашла в ванну. Это было приятно, она не возразила против того, что я захотел принять душ с ней, она не попросила меня отвернуться, чтобы раздеться, наоборот, Елена вела себя просто и свободно, по-человечески. Я влюблялся в неё всё сильней и сильней, с каждой минутой, секундой. О, моя любимая сестра... — Саш, ты правда этого хотел, потому что влюбился в меня? — серьёзно смотрела на меня сестра, настраивая душ. — Да, Лена, я полюбил тебя, как помню себя, как увидел первый раз в деревне. Ты мне не просто сразу понравилась, ты показалась мне какой-то необычной, не просто сестрой, не просто женщиной, а принцессой. Но слово принцесса всё равно тусклое по сравнению с твоей красотой и тем, что от тебя идёт, чувствуется. — Я тебя помню, но не очень
