утром; остановились они — отец, мать и Никита — у Игоря в общежитии; невеста Игоря была тоже иногородняя, и потому останавливаться близким Игоря, кроме общежития, было негде; у Нелли, невесты Игоря, в областном центре были какие-то дальние родственники, и родители Нелли остановились, естественно, у них; короче, разместились, кто как смог... Свадьба была студенческая — молодёжная, так что других родственников, кроме самых-самых близких, со стороны молодоженов не подразумевалось; среди таких самых-самых близких, не считая родителей, со стороны невесты была старшая сестра с мужем, а со стороны жениха был Никита — младший брат; в три часа дня молодоженов зарегистрировали, затем все поехали в центр города, где Игорь и Нелли возложили цветы у какой-то смешной скульптурной композиции, символизирующей молодую семью; затем, отдавая дань ещё одной традиции, все съездили на причал — выпили там шампанского, и к шести часам вечера все те, кто на свадьбу был приглашен, заполнили небольшой, но очень уютный зал кафе, до полночи арендованный под торжество... Отец с матерью работали, так что они приехали буквально на один день — утром приехали, а в половине двенадцатого ночи уже уезжали назад, тем более что отец не пил — у отца была язва; а у Никиты, ученика одиннадцатого класса, были каникулы, и Никита, ещё будучи дома, договорился с матерью, что он останется в областном центре — «в гостях у брата» — еще на три дня, о чём Игорь, в свою очередь, заблаговременно договорился с комендантом общежития — попросил, чтоб Никиту все эти три дня в общагу пускали беспрепятственно.
Ну, и вот... на свадьбе Никита пил исключительно шампанское, а когда в половине одиннадцатого родители, пожелав молодоженам ещё раз «счастья и вечной любви», с билетами на руках отчалили на вокзал, он, Никита, почувствовав свободу, мгновенно расслабился... да и как было не расслабиться? Гремела музыка, все были пьяные, все весёлые... и Никита, невольно поддаваясь шумному веселью, хлопнул одну рюмку водки, потом другую... потом он, став в круг, всем показал, как надо танцевать «по-настоящему», сорвав при этом бурные аплодисменты, — танцевал Никита действительно хорошо... потом он выпил ещё... и, кажется, ещё выпил... Игорь и Нелли заблаговременно сняли для себя апартаменты в гостинице, чтоб сделать брачную ночь если и не романтичной, то, во всяком случае, максимально комфортной, но прежде, чем туда отправиться, они должны были отвезти Никиту к Игорю в общежитие... и вот здесь-то и начинался в голове проснувшегося Никиты полный — тотальный — провал, — Никита совершенно не помнил, как закончилась свадьба лично для него... то есть, он помнил, как уходили из кафе последние гости, а что было дальше... лёжа в непонятно чьей постели, глядя на обои, Никита усиленно пытался вспомнить хоть что-то из того, «что было дальше», и — ничего он вспомнить не мог... где он? почему он спал голый? с кем — и почему — он спал в одной постели? — ни на один из этих вопросов ответа у Никиты не было...
Казалось бы, при таком специфическом раскладе ответ был на поверхности — в том смысле, что он без трусов, и на бедре его лежит мужская рука... но мысль о возможном однополом сексе — о гомосексуальном акте — была настолько Никите чужда, а сам Никита был настолько далёк от подобных мыслей-фантазий, что такое вполне резонное предположение в голову Никите не пришло... вообще не пришла ему в голову такая мысль!
Между тем, тот, кто лежал сзади, шумно вздохнул, за Никитиной спиной зашевелился, явно просыпаясь, — Никита, перестав дышать, инстинктивно замер, затаился, и только сердце у него заколотилось в груди сильно-сильно... он ничего не помнил, а потому не знал, что сейчас должно последовать, и это незнание мгновенно наполнило тело сосущей пустотой, — что может быть хуже подобной ситуации? Как говорят незлобивые
