Андрею, с каждым разом всё настойчивее предлагая встретиться, и каждый раз у Андрея находилась веская причина, чтоб от встречи уклониться... этот Саша был в сексе явным профессионалом, и Андрея этот профессионализм немного пугал — он, Андрей, ни морально, ни материально не был готов к тому, чтоб становиться полноценным геем со всеми вытекающими из этого последствиями, — втайне отдавая предпочтение парням, Андрей вместе с тем в глубине души был еще не готов сказать самому себе со всей определённостью, что он, Андрей, является геем; а кроме того... да, они классно провели ночь — они очень технично потрахались, поочерёдно натягивая друг друга и на тахте, и в ванной, и на столе на кухне, но в душе Андрея не возникло внутренней тяги к продолжению внесексуальных отношений... ничего такого в душе Андрея не появилось; а потом Андрей вообще сменил SIM-карту — поменял тариф... и вот — Никита, брат Игоря... Никита, симпатичный, неопытный, но страстный школьник-одиннадцатиклассник, — держа в руке тюбик с вазелином, Андрей снова опустился на тахту — стал на колени между раздвинутыми, врозь разведёнными Никитиными ногами; конечно, Никита был пьян... отсосав у Андрея, пьяный Никита готов был кайфовать дальше, — не задумываясь, Никита готов был перепихнуться в зад, и это лишний раз подтверждало собственную теорию Андрея о разделении сексуальности человека на «базис» и «надстройку»: «базисом», по мысли Андрея, была сексуальность-сама-по-себе, то есть желание-как-таковое, присущее любому индивиду изначально, от природы, вне какого-либо социального либо общественного контекста, а под «надстройкой» Андрей понимал всё то, что человек усваивает извне, в том числе обусловленное социумом деление секса на «гетеро» и «гомо»... короче говоря, «базис» — это ничем не замутнённая изначальная сексуальность, а «надстройка» — представления о сексуальности, то есть вся та муть, что формирует отношение человека к сексу, — у пьяных «надстройка» даёт сбой: алкоголь вымывает муть представлений, привнесённых в сознание извне, и человек таким образом становится в большей степени самим собой, а отсюда — та лёгкость, с какой парни, будучи пьяными, идут на однополые контакты... во всяком случае, у многих парней это получается и быстрее, и проще, когда они пьяные, — Никита был пьян, а потому его совершенно не напрягала мысль — очень важная в контексте социума, но совершенно глупая с точки зрения природы, то есть «базиса» — о том, сексом какого цвета он в эту ночь занимается... ему, Никите, заниматься сексом было в кайф — и это было главное!
Открутив колпачок, Андрей выдавил вазелин из тюбика на головку своего члена и, отложив тюбик в сторону — глядя Никите в глаза, стал медленно втирать пальцами правой руки вазелин в кожу головки, — Никита, лежа перед Андреем — сжимая в кулаке свой напряженно твёрдый член, молча смотрел на Андреевы приготовления... «Ну, Никита... давай? Я тебя первый...» — проговорил Андрей, вытирая пальцы салфеткой, принесённой вместе с вазелином. «Мне, бля, как... раком становиться надо?» — деловито и вместе с тем возбужденно-нетерпеливо отозвался Никита, делая попытку приподняться. «Не раком... поднимай ноги... — Андрей, поддев ноги Никиты ладонями, сам уверенно поднял их вверх, разводя — раздвигая — колени в стороны. — Вот так, Никита... для начала — так!» Ноги Никиты оказались запрокинутыми назад — коленями к плечам, и Никита, тут же обхватив ноги руками, зафиксировал их в таком положении, — ягодицы распахнулись, широко разъехались ... в стороны, а сам Никита словно сложился пополам, прижимая колени к подушке... туго стиснутое девственное очко, окаймлённое по кругу редкими волосами, было как на ладони! Оставалось подвести к сжатому входу вазелином смазанную головку члена — и... «Давай, бля, Андрюха... еби!» —
