что стоило его «мальчику» погрузиться в ее «девочку, как та, словно ... клещами, зажимала его головку, а мышцы начинали судорожно сокращаться. Тело партнерши в это время было совершенно неподвижным, работали только органы. Причем партнер испытывал от такого секса невообразимое наслаждение и пребывал в этом сексуальном рабстве до тех пор, пока «госпожа» не отпускала его, широко раздвигая ноги и разжимая мышцы. Оргазм был полным, и партнер покидал постель, как воин, окончательно потерявший силы на поле битвы. Но была и другая сторона медали у такого секса: он возносил женщину и опускал мужчину. Не каждый из них, выжатый, как лимон, и таким образом опозоренный, потом возвращался к ней, предпочитая более мягких, покладистых и послушных партнерш, не обладающих таким высоким мастерством в сексе. Но с внуком она была менее агрессивна.
Она чуть-чуть зажимала его член, давая ему большую свободу в движении, но и большой слабины не давала, создавая ему комфортные условия слегка прижатого «мальчика». Так он лучше ощущал ее упругое тело, а не болтался, как «цветок в проруби». Иван сразу раскусил ее тактику и не возражал против выбранного ею курса, как капитан не возражает, одобрительно кивнув, глянув на штурманскую карту.
— Нравится? — шептали ее губы в такт работе ее мышц.
— Угу! — мычал он, стараясь как можно глубже засадить ей своего «дурака».
— Крепче хочешь?
Он согласно кивнул. Она тут же сжала его «парня» так, что Ивану показалось, будто в него уцепилась акула. Но он не сдался на милость победительницы и заработал тазом еще живее. Он ощущал, как его член охватили кольца ее внутреннего «Удава», но это только раззадорило его и заставило работать с полной отдачей. Он чувствовал, как жгучая волна оргазма все ближе подбирается к нему, но чувство превосходства над этой женщиной, старающейся во что бы то ни стало сделать из него покорного пресмыкающегося любовника, все же брало верх, так как он понимал, что ее силы уже на исходе, а он способен еще изрядно потрудиться перед тем, как слить в ее адскую «машину» свой драгоценный «конденсат». Почувствовав это, она решила применить свой главный, козырный прием, резко и быстро подбрасывая его тазом. Он чуть не слетел с нее, и тут он решил больше не испытывать судьбу, ударив пульсирующей струей в ее лоно. Она замерла, принимая от него этот подарок, но тут же, спохватившись, слетела на пол, встала перед ним на колени, взяла в рот член, извергающий это драгоценное «молочко» и стала судорожно слизывать и заглатывать его.
— Что, вкусно? — съязвил он.
— Замечательно...
— И в чем же смак?
— Женщина, питающаяся спермой мужчины, медленно стареет. Усек?
— О! Значит, мне пора выступать в роли целителя? Но, по-моему, ты еще так молода душой и телом, что это «лекарство» тебе не требуется, а?
— Глупенький. Ты живешь еще сегодняшним днем, а я завтрашним. Так что запас карман не давит...
Сраженный ее аргументами, он встал перед ней на колени, шире раздвинул ее стройные ножки и стал лизать ее «киску». Он так виртуозно научился это делать, что ей показалось, будто он вновь заработал членом. Чувство тягучей истомы накатило на ее тело, она уже не подмахивала ему, а только старалась оттянуть как можно дольше свой приближающийся оргазм, чтобы не ударить в грязь лицом перед этим молодым, но уже довольно опытным самцом. Тогда он принялся со всей силой отсасывать то, что стало слегка поступать в ее лоно. Она поняла, что это конец и сдалась на милость победителя, ударив в его лицо струей мокрого оргазма. Он не ожидал такого поворота событий, так как не имел подобного случая в своей еще такой молодой жизни.
— Ну, чего ты испугался?! Хотел раскочегарить меня по-максимуму? Теперь гаси пожар в моей «топке».
— Это как же? — он вытирал лицо простыней.
— Брандспойтом, милый. Он
