смертным.
Сильвия встряхнула волосами и бросила в сторону гладиатора весёлый и озорной взгляд, потом запустила левую руку под подол туники, а правой оттянула его чуть-чуть вверх. На глазах замершего Элатия, начала ласкать свою мокрую picse. Пальцы её скользили в складочках половых губок, погружались в вагину, играли с набрякшей пипкой клитора. При этом, Сильвия проводила языком по своим губам и наблюдала за Элатием из-под полуопущенных ресниц.
Самнит издал полустон-полувздох и шагнул к молодой женщине. Но прежде, чем он успел заключить её в свои объятия, она опустилась на колени и поймала руками его член. Как же долго она мечтала о нём! И вот, он в её ладонях — огромный, упруго-твёрдый, увитый сеткой крупных вен. Приятны на ощупь были и его большие набухшие яйца, наполненные живительным семенем.
Сильвия ухватила кончик члена губами и начала втягивать его в рот. Затем, отпустила, облизала языком головку и вновь, поймав пенис ртом, начала страстно сосать. Гладиатор тихо застонал от удовольствия. Конечно, до мастерства госпожи Юлии этой молодой аристократке было далеко, но старательность её и подчеркнутая нежность всего процесса понравились Элатию не меньше, чем неистовые, дикие ласки его хозяйки.
По телу юной матроны шли волны сильнейшего желания. Между ног её скопилась мокрота и томление, требующее разрядки. Она продолжала ласкать член самнита, восхищаясь его твёрдостью и упругостью. Одной рукой, она ещё и дрочила его, стягивая и натягивая крайнюю плоть, с любопытством наблюдая, как движутся складки крайней плоти то, закрывая, то обнажая глянцево блестящий влажный ствол пениса.
Элатий постанывал от удовольствия. Отсос сопровождался тихим причмокиванием и вздохами юной Децимны. Ей было приятно чувствовать горячую, огромную, плоть мужского члена во рту, касаться его губами и языком, забирать за щёку — это было что-то! Она мусолила член гладиатора губами, заглатывала его насколько возможно, облизывала сверху донизу языком. Не забывала и про яйца Элатия — упругие шарики, набрякшие и тяжело отвисшие от желания.
Так продолжалось больше пяти минут, пока, наконец, Элатий не воскликнул:
— Теперь я! Поднимись, госпожа.
Сильвия повиновалась. По правде сказать, она ещё не поняла толком, что он хочет. Скорее всего, овладеть ею. Она была готова, горела от желания. Вагина её взмокла, губочки чуть разошлись в стороны, приоткрывая розовую щелку.
Но Элатий, подхватив юную римлянку под ягодицы, усадил её на плоскую глыбу. Руками, взявшись за её колени, потянул ноги Сильвии в стороны. А потом припал ртом к её picse.
— Оооо! — вырвалось у юной Децимны.
Девушка и не мечтала о такой ласке. Гладиатор показал всё, на что он способен. Он вылизал её половые губки сверху до низу, потом, его удивительно гибкий и проворный язык раздвинул её складочки и проник в дырочку влагалища. Сильвия стонала от острого и изысканного наслаждения. (Специально для — ) Его губы и язык были везде, и казалось всюду одновременно. То во влагалище, откуда обильно тёк сок, то ласкали мочеиспускательную дырочку, то мусолили, облизывали, оттягивали и покусывали клитор, который возбудился и торчал пульсирующей пипкой.
Сильвия сидела на камне бесстыже, широко раскинув ноги в стороны, а самнит, чмокая, вылизывал и вылизывал её взмокшую, горячую, пульсирующую от желания picse. Но вот, он поднялся. Его здоровенный толстый фаллос мощно вздымался, желая проникнуть в женскую плоть. Горящими глазами Элатий смотрел на выбритую, выставленную на показ picse юной матроны. Её пухлявые половые губы широко разошлись в стороны, открывая влажно блестящую розовую, зовущую дырку.
Издав похотливый рык, Элатий начал втискивать пенис в вагинальное отверстие Сильвии.
Она протяжно застонала, чувствуя, как могучий член напористо растягивает её влагалище.
Орудие его входило с трудом, но всё же продвигался вглубь её лона.