было новое, небывалое ощущение, и потому возбуждение казалось чрезвычайно сильным. Он никогда не испытывал такого дикого желания — она, похоже, разделяла его нетерпение. Почувствовав дрожь, она потянула его на себя...
... Руки, на которых вот уже битый час ерзала его безудержная подруга, начали подрагивать. Разжав ладони, Николай бережно уложил ее на спину, нащупал круглые коленки...
Если бы он мог видеть ее лицо, губы, глаза, то мог бы угадать приближение рая по их изменившемуся выражению, по легкому трепету тела, по участившимся вздохам. Но зрительные признаки отсутствовали, и, тем не менее, он чувствовал это, как чувствуют приближающуюся грозу по неуловимым признакам, на уровне подсознания...
Ее волосы шелковым водопадом упали ему на грудь, и Николай дрожащей рукой отвел их, она прикоснулась руками к его вискам, то ли всхлипнула, то ли усмехнулась, услышав это, он медленно отодвинулся в сторону.
Через несколько минут она пошевелилась в его руках. Зашелестела простыня, девушка прошлепала босыми ногами по полу, одеваясь и подпрыгивая на одной ноге. Комната качнулась, Николая на мгновение ослепил яркий свет, и потом все снова погрузилось во тьму.
Она убежала так быстро, что Николай не сообразил сразу, что даже не знает ее имени...
... — Как, КолЯ?, неужели вы уже уходите?! — изумленно спросила Хелена. — Нет, нет, я вас не отпускаю! Моя дочь очень хотела с вами познакомиться, она так любит русский театр. Да, вот и она... Знакомьтесь — баронесса Николь Дю Буа, моя младшая дочь...
— Приятно было познакомиться, — загадочно улыбнулась прелестная белокурая Николь. — Вы просто великолепны, КолЯ?... — смеясь, подмигнула ему она, беря его под руку.
