еще ниже, я начал старательно вылизывать ее киску, посасывая клитор. Мой член стоял колом. И похоже это заметили. Я не видел, а только чувствовал, что кто-то из господ обвязал мои яйца и член чем-то тугим, видно веревкой, потом натянули через что-то вверх и начали тянуть веревку в низ. Мне было больно, я руками придерживал ягодицы Марины, чтобы ей было удобнее, а они то отпускали веревку, то тянули вниз, пытаясь как бы вытянуть меня за яйца из-под Марины. Я продолжал вылизывать Марину. Мелкие судороги прошлись по ее телу, она застонала и, наверное, бы еще чуть-чуть и кончила бы, но резки голос Господина остановил нас.
— А ну Блядь, быстро встала.
Марина была ошарашена, чтобы не уронить грузы, она медленно стала подниматься. Господин подошел к ней и начал снимать грузы. Как только зажимы были сняты, Марина даже вздохнула, ее соски были оттянуты и были фиолетового цвета. — Ну вот теперь соски как соски, посмотрим как эта Сука вылизала тебя, быстро стала раком и прогнулась.
Марина послушалась, прогнула спинку и стала ожидать вторжения в нее. Вместо этого Господин подошел к ней и начал вставлять пальцы, вначале сразу два, потом добавил третий. — Если ты действительно Блядь, то в тебя свободно должен влазить кулак, сейчас проверим. — Он начал интенсивно всовывать руку в ее влагалище. — Что то туго идет, ничего сейчас растянем, будет сразу две руки входить. — Марина визжала, стараясь слезть с руки, но Господин ее держал одной рукой за бедро, а второй всовывал. На глазах появились слезы, она уже кричала, но он продолжал, пока вся рука не вошла в нее. — Ну вот, а теперь разработаем, будешь как настоящая Блядь. — Он резко выдернул руку и так же резко опять вставил. Марина опять закричала. — Молчать, Блядь, не то порву. — Марина притихла, а он продолжал резко выдергивать руку и резко вставлять. — Ну а теперь кулаком. — Он сжал руку в кулак и чуть-ли не с размаху начал вставлять в Марину. Она просто закричала, слезы из глаз.
— Неееет, пожалуйста, нееет. — Кричала Марина.
— Нет? Дорогая, наши голубки не прошли даже начала того что их ожидает. Ну что ж, договор можно расторгать. Развязывай этого.
Ко мне подошла Госпожа и отвязала мои яйца, я поднялся, подошел к Марине. Она лежала и плакала. Я погладил по головке, поцеловал ее. Она прижалась ко мне.
— Да они настоящие голубки, смотри как друг к друга обнимают. Может ты хочешь занять место этой Бляди? Денежки то нужна похоже вам.
— Вы подонки, зачем так издеваетесь над девушкой. — Я был в бешенстве, — это же больно...
— А кто говорил что деньги достаются просто так.
— Вы ублюдки, смотрите до чего довели бедную девушку.
— Мы ублюдки, дорогая, они нахамили нам, пиз** вам. Дорогая держи эту Блядь, а ты Сука, пойдешь со мной.
Он резко подпрыгнул ко мне, схватил рукой за шею, а другой заломил мне руку.
— Больно, отпустите.
— Будет еще больнее, ты сам напросился.
Госпожа накинулась на бедную Марину, прижала ее к дивану, ловко заломила руки за спину и завязала веревкой, которая когда-то была на мне. Меня потянули в подвал, я не мог ничего сделать, рука заломлена была назад, крепко Господин сжимал шею... я попытался рыпнуться, но ничего не вышло... меня вели в подвал.
Подвал представлял себе большую комнату, посреди которой стоял гимнастический «козел. Подвел меня к нему, Господин, очень ловко он закрепил одну мою ... руку, потом вторую, потом привязал ноги. Получилось так, что я был привязан к гимнастическому «козлу», стоя «раком», ноги растопырев на ширине плеч. — Ну вот, а теперь посмотрим, что ты там про нас говорил. — В это время вошла Госпожа, которая волокла Марину, — Эту Блядь к крюку. — Госпожа развязала веревку и привязала руки Марины к кольцу, свисавшему на цепи с потолка. Марина даже не пыталась дергаться. Мы понимали, что
