давала Димону ... спокойно плов кушать, пиписку ему демонстрировала свою бритую. Правда, кроме Димона богатство моё успел рассмотреть ещё и официант, но ему деваться было некуда; и ещё молодая парочка за соседним столиком. Причём, первой меня заметила девушка, — мы даже с ней глазами встретились, — я не стала юбочку поправлять, а она парню своему на меня указала, — тот чуть сигарету не проглотил, бедняга.
Надо в душ бежать и собираться, а то все самые модные места на пляже позанимают.
А Димон всё спит. И пока он спит, на меня в окошко нашей ванной кто-то глазел, пока я намывалась после вечернего секса, отличного кстати. Ясное дело, я виду не подала, но теперь меня будут терзать муки неизвестности: кто за мной подглядывал и, главное, какое впечатление я произвела на этого наглого подгладывателя. Хотя, впечатления у него должны быть самыми пренеплохими, поскольку мыла я такие части себя... Да так активно мыла!
Пора мужчину своего будить.
10.08.2008
Он сегодня явно писать не сможет!!! — Пьяный потому-что! Я тоже, но он спит. А я нет! Я держусь. За столик. Но писать тоже не буду, потому что пусть Димон сначала завтра напишет. Дура я, что ли, первой писать!?
11.08.2008
Так всегда, если уж взялся вести дневник, то надо писать в него каждый день. Но, в общих чертах, я кое-что из вчерашнего помню. Остальное супруга подскажет. Но уже утром. — Опять она дрыхнет без задних ног. Спит моя красавица. Голенькая, тоненькая, красивая. Люблю её, страсть как!
Вчера утром она меня разбудила аж в восемь, обозвала соней, словно сама никогда не спит; мы попили кофе и ушли. На пляже устроились возле какой-то парочки наших лет, приблизительно, чтобы хоть с одной стороны от маньяков озабоченных прикрыться. Кремом опять измазались, — Иришка извертелась вся, как бы я какую её часть не пропустил. Конечно, а то мало ли что, — волдырями покроется с ног до головы, например. Или загар получит пятнистый. Если честно, то я бы все её части и частички не по одному даже разу намазал, но у меня, извиняюсь, яйца не железные. Полежи потом весь день рядом с голой женой, да ещё когда всякие разные женщины вокруг ходят, такие же голые. Но красавиц, подобных моей Иришке тут очень мало. Разве только в той парочке, что рядом с нами лежала. Там девушка ростом чуть пониже Ирки моей, а волосы длинные и темнее, и не только на голове. А грудь — больше. И попка неплохая. То есть, вообще она пофигуристее. Но у моей дражайшей половины фигура, всё-таки, спортивная, как раз такие мне нравятся больше. Плечи у Иришки широкие, талия узкая, грудь небольшая, но красивая, где надо, — мышцы, где не надо, — нет. Но вернусь на пляж.
Ирка даже меня взялась намазывать, но начала почему-то с конца. Каламбур вышел! А мне его на пляже трогать ну никак нельзя, — спина сгорит.
А соседи оказались нормальными, украинцы из Харькова, но нам какая разница! Они даже умнее нас оказались, — пока мы пиво покупали у проходящей бабули, эти двое бутылку вина достали и, как давай пить его! Нам на зависть.
В общем, мы познакомились с ними. Точнее будет сказать, пока я в море плескался, они с Иришкой моей познакомились. Поэтому, когда я вернулся, они уже свои полотенца к нашим перетащили, а Ирка уже со стаканом вина сидела. По-турецки! — Вот простая душа. Правда, девчонка, Вика, как оказалось, тоже так же уселась, отчего у меня начали проявляться признаки возбуждения; пришлось срочно брякаться животом вниз. Предварительно познакомившись, я ж не дикий.
Через полчаса мы играли в карты и пили уже вторую бутылку вина, за которой я сбегал лично, чтобы дать отдых животу и другим частям тела. Кстати, я обратил внимание, что Вика с Сергеем, так зовут её мужа, не особо заморачиваются на такие мелочи, как эрекция на пляже. Она его постоянно за конец хватает, и он в долгу не остаётся. Только у Вики конца нет. А моя девочка-Ирка ничего не замечает.
Потом мы ходили
