Хвала богам Олимпа!
Теплое светло-голубое море с легкой белой пеной на гребнях волн у берега Мизии было потревожено множеством крепких загорелых ног, поднявших желтую муть со дна и напугавших мелких разноцветных рыбок.
Герои Эллады один за другим шумно спрыгивали с гордого «Арго» и спешили на песчаный берег. Мягкие темно-бурые водоросли, колышущееся большим ветвистыми кустами в соленой воде, мешали идти и цеплялись за ноги.
— Славное место, — ступая на твердую землю, сказал Ясон. — Здесь мы немного отдохнем, а завтра утром — в дорогу.
Он прошелся по берегу, стряхивая налипшие водоросли с сандалий и оглядывая все вокруг.
Немного вдалеке находилась оливковая роща, а за ней выступал лес, с вытекающей из него реки. А дальше — бледно-серые голые горы.
Громкие голоса аргонавтов и шумный плеск воды потревожили тишину этого места.
Ясон повернулся к Гераклу, шедшему следом за ним вместе со своим другом Гиласом.
— В лесу можно найти хорошее дерево и сделать отличное весло, — и, усмехнувшись, добавил, — вместо сломанного тобой.
Геракл засмеялся. И захотелось же ему предложить устроить соревнование на самого выносливого гребца. Вот теперь и ищи весло! Но зато, он — самый лучший!
Геракл стоял на берегу, сложив мощные руки на могучей груди и расставив мускулистые ноги. Мышцы на его теле поигрывали.
— А ты вернись на корабль, — приказал Ясон Гиласу, — возьми кувшин и принеси воды из Киоса.
Хвала богам Олимпа!
Солнце почти уже в зените. Становится жарко. Зеленые крупные стебли красивой шелковой травы смягчают ход и делают пружинистой походку. Надо только пройти оливковую рощу, а дальше, за небольшим холмом, начинается тенистый лес, в котором можно передохнуть и набрать свежей прозрачной воды.
Гилас идет уверенно, бодро. Пустой большой кувшин с двумя ручками необременителен и нетяжел.
Вот буду рады аргонавты, когда он принесет вкусной лесной воды!
Та вода, которую из он принес из реки, — невкусная и мутная. Гилас невольно засмеялся, вспомнив, как Ясон плевался, надпив из кувшина.
Вот и роща. Здесь можно отдохнуть.
Юноша присаживается на небольшой холмик.
Голубое небо, приятное пение птиц, душистые цветы успокаивают и наполняют душу таинственным восторгом.
Гилас ложиться на траву и вскоре засыпает.
В прохладе оливковых деревьев ему снятся большие длинные комнаты дворца его отца, царя дриопов Тейодаманта. Они пусты и темны. Он — маленький мальчик — ищет кого-то или что-то... Но никого нет...
Гилас не слышит сквозь сон, как к нему подходит Геракл.
Тот останавливается рядом и любуется спящим юношей.
Гилас лежит на груди. Одна щека прижата к траве, другая смотрит в небо. Юношеское нежное красивое лицо с румянцем и мягкими черными вьющимися волосами безмятежно и спокойно. Перламутровые веки с длинными пушистыми ресницами, расположенные под разлетающими в стороны черными бровями, закрыты и неподвижны. Легкое, еле заметное дыхание, слегка тревожит чуть приоткрытые манящие алые губы, расположенные на красивом мужественном подбородке.
Геракл видит как мерно, в такт дыханию, двигается спина спящего друга. Ему очень хочется прикоснуться губами к этой красоте и ласкать юношу.
Он запускает руку в волосы Гиласа и, слегка взъерошивая их, очень нежно, чтоб не разбудить, гладит голову.
Затем опускается на одно колено и приближает свои губы к его губам, аккуратно целует, чтоб не спугнуть сон.
Дыхание не меняется — юноша все также безмятежно спокоен.
Гилас видит во сне, как в большом зале лежит человек на ступеньках перед троном... Он одет как его отец... Но на лице золотая маска с бычьими рогами... Человек лежит неподвижно в большой луже крови...
Геракл садится рядом. Он чувствует тепло тела юноши.
Его лицо нависает над лицом Гиласа. Он проводит языком по его губам и немного
