лицо, крикнула в ответ моя жена.
— А у тебя тоже болит? — Михаил дружелюбно засмеялся.
Даша вопросительно посмотрела на меня, я ей с готовностью сказал:
— Иди, конечно потанцуй... Это ж Михаил, свой...
И моя жена вместе с Михаилом растворились в толпе. Вспотевшие, но не запыхавшиеся, они вернулись к столику, от них веяло радостью. Вместе с ними к нам за стол подсели две темнокожие пары из Бразилии — мужчинам лет по тридцать, а девушкам, наверное, по двадцать или еще меньше. Они оттеснили меня от Даши, получилось, что моя жена осталась с Михаилом, а я — в дальнем углу стола. Бразильцы беспрерывно о чем-то говорили на португальском, смеялись... Я ни черта не понимал, а Даша веселым голосом мне сообщила:
— Представляешь, я могу попрактиковаться с ребятами португальскому языку! Класс! Они друзья Михаила, случайно здесь встретились...
Бразильцы увидели, что Даша со мной разговаривает, и спросили у нее о чем-то. Их вопрос рассмешил ее до слез, и она им долго не могла ответить. А когда ответила, то тут уже бразильцы обхохотались. Когда я спросил Дашу, что их так рассмешило, то она ответила:
— Представляешь, они спросили про тебя, думали что ты мой папа, а Михаил — мой муж... Правда, смешно?
— Да, смешно, — тем более я знал, что это заготовка в плане Михаила — шутками-прибаутками сблизиться с моей женой, а меня ставить перед ней в нелепые ситуации. К тому же, не случайно Михаил выбрал именно этот отель, в который могли приезжать люди от 18 до 45. Я со своими 42 годами выглядел на фоне общей массе по-стариковски, и проигрывал по форме большинству молодых людей.
Заиграла медленная музыка. Михаил пригласил Дашу на танец. На этот раз она даже не посмотрела на меня, не спросила — «не против ли я?». Может потому, что я сидел в дальнем углу стола, и ей было неудобно это сделать, а может, потому, что план Михаила работал (ведь не случайно же меня оттеснили в дальний конец стола).
Даша танцевала то с Михаилом, то с бразильцами пару часов кряду. Медленные композиции менялись быстрыми, быстрые медленными... Она как будто забыла про меня, когда рядом со мной на стул плюхнулся Михаил:
— Значит, слушай, пока Даша в туалете. Она сейчас на взводе, но ты должен ее обломать, сказать, что пора спать или что-то в этом роде...
— Но если она на взводе, то зачем ее обламывать?
— Потому что она еще не готова. Зачем рисковать? Если сегодня я ею воспользуюсь, то завтра она об этом может пожалеть, и тогда конец всему плану. Если тебе было нужно, чтобы я ее один раз трахнул, то я мог бы сделать это и не приезжая сюда. Ты ведь хочешь, чтобы Даша стала шлюхой не на одну ночь, а навсегда? Чтобы, не стесняясь, тебе изменяла? Чтобы она подчинялась мне, а не тебе?
— Да, разумеется, как мы и планировали...
— Тогда ты сейчас ее обломаешь, и ей будет очень обидно. Возможно, она в отместку наговорит тебе каких-нибудь гадостей — это нормально: со мной ей должно быть весело, с тобой — тухло. Ясно?
— Ясно...
Даша вернулась в приподнятом настроении, подошла к нам и обратилась к Михаилу:
— Ну что, еще потанцуем?
— Нет, — вступил в разговор я, — Я что-то сильно устал, пойдем спать.
— Да хватит тебе, — Даша думала, что я легко сдамся, — Мы еще полчасика повеселимся — Михаил обалденно танцует румбу!
— Нет, мы пойдем домой. Хватит на сегодня.
Даша скривила лицо, тут вмешался Михаил:
— Да ладно вам ребята, не ссорьтесь. Сергей устал. Ему надо отдохнуть. Вы идите, я сам за все заплачу. Даш, ты завтра пойдешь со мной на утреннюю пробежку, как мы условились?
— Да, в восемь, как договаривались, — нахмурив брови, ответила моя жена.
— А ты, Сергей, как насчет утренней пробежки? А то Даша говорила, что ты не любишь это дело...
— Нет, я бег еще со школы ненавижу...
— Да, он у меня еще тот любитель спорта... — недовольно хмыкнула Даша.
Мы попрощались, и Даша всю дорогу до номера не разговаривала со мной. Когда я попытался ее
