из другого конца выходил провод, соединявший его с пультом управления, на котором было небольшое ... электронное табло, несколько ручек управления и кнопок.
— Немного потерпите. Пожалуй, это самая неприятная часть нашей процедуры.
Он начал медленно вводить прибор в меня, поглаживая свободной рукой мой живот, точнее низ живота. Стержень был довольно толстый для меня и с трудом продвигался внутрь. Врач старался делать это как можно нежнее и медленнее, немного покручивая его. Вторая его рука спустилась настолько низко, что его пальцы коснулись моего клитора. Я испустила легкий стон.
— Простите меня, я постараюсь поаккуратнее вставлять зонд, — извинился доктор, будто он и впрямь думал, что эта процедура мне неприятна.
Он продолжал медленно вводить этот так называемый зонд в мое уже возбужденное влагалище, а пальцы другой руки как бы случайно касались клитора. Я начала тяжело дышать, а доктор всё успокаивал меня. Наконец, прибор вошел до конца.
— Ну вот, все неприятности позади, — сказал он глядя на меня, раскрасневшуюся и тяжело дышащую. — Теперь перейдем непосредственно к обследованию.
Сказав это, он вышел, закрыв за собой шторку, и сел за свой компьютер.
— Вы почувствуете небольшой дискомфорт во время работы прибора, но это абсолютно безопасно, — сказал он и нажал несколько кнопок на клавиатуре.
Я почувствовала легкое покалывание, исходящее от стержня внутри меня, как на сеансах физиотерапии. Оно то усиливалось, то ослабевало. Но ни о каком дискомфорте речи не могло быть. Я удивлялась сама себе, что это так меня возбуждало, этот толстый стержень в моей киске так приятно её распирал, а эти волны, исходившие из него, распространялись по моей промежности. собираясь на кончике клитора, заставляя меня еще сильнее возбуждаться и двигать тазом.
Я закрыла глаза и полностью отдалась своим ощущениям. Я слышала, как доктор стучит по клавиатуре, после чего характер покалывания менялся. Ток то усиливался, заставляя меня напрячься и издать очередной стон, то ослабевал, позволяя мне немного расслабиться.
— Так. Отлично! — сказал доктор. — Теперь необходимо провести ректальные исследования.
Пока я вспоминала, что означает слово «ректальные», он подошел ко второму аппарату и взял еще один «зонд», только тоньше, полтора сантиметра диаметром, и, смазав его всё тем же гелем, начал вводить его в мою попу. Прибор довольно легко вошел в меня на всю десяти сантиметровую длину и скрылся внутри за сфинктером. Врач легонько подергал за провод, проверив, не выпадет ли, и вышел к своему рабочему месту. Несколько нажатий клавиш — и приборы начали работать, теперь уже с двойной силой.
И опять я начала то постанывать, то тяжело дышать, ерзая на кресле, и ничего не могла поделать. Мой клитор горел от возбуждения и электрического тока, и только ремни не давали мне протянуть руку и потереть его, чтобы наступила разрядка.
— Как вы себя чувствуете? Терпимо? — спросил доктор и нажал несколько клавиш.
«Издевается что-ли?»
Сначала мне показалось, но вскоре я отчетливо почувствовала, что приборы во мне начали еле заметно вибрировать. Постепенно вибрация усиливалась, мои стоны сливались в протяжное нытьё. Я еще боролась с чувствами и пыталась сдержать эмоции, но это у меня плохо получалось. Всё внизу вибрировало и покалывало, сиденье покрылось моими выделениями, струйкой вытекавшими из вибрирующего влагалища.
Слезы катились из глаз, я стиснула зубы, пытаясь держать себя в руках, но оргазм неумолимо приближался. Два стержня внутри меня вибрировали все сильнее и сильнее, особенно тот, что побольше. Его сила была такая, что взглянув на себя, я увидела, как вибрирует мой живот.
— М-м-м, у-м-м-м! А-а-а! Я-а, бо-ольше, н-не-е-м-мо-о-гууу! — сквозь стоны молила я. — Про-ошу!... А!... А!... А-а-а-а!
В этот момент
