— Ирка! Чего стоишь? Иди помой быстро пол в подсобке!
— Ирка! Становись быстрее за прилавок! Продавцы не справляются, уже очередь собралась!
— Ирка! Васька опять напился, иди грузчикам помоги!
Примерно в таком ритме проходил каждый её рабочий день.
«Ирка, сделай то, Ирка, сделай это! Быстро! Быстрее! Давай!»
Она привыкла к такому обращению, не обижалась, быстро выполняла то, чего от неё требуют. Возможно, из-за низкой самооценки, боязни вступать в конфликт с кем бы-то ни было, или просто не хотела терять работу.
А ведь она уже совсем не «Ирка», а скорее Ирина Валерьевна — зрелая тридцативосьмилетняя женщина, заслуживающая гораздо более уважительного отношения к себе. Простая одинокая «гастарбайтерша» из провинции, день и ночь вкалывающая в большом столичном магазине и несмотря на это
вполне ещё симпатичная в свои годы, обаятельная, к тому же стройная, и сексапильная.
Просто не все это замечают...
А ей так этого хочется! Хочется что бы заметили, оценили её, начинающую увядать красоту, воспользовались, наконец, чего греха таить!
Единственный, кто её «оценил» по достоинству, так это Васька-грузчик, тот самый за которого Ирке нередко приходилось «отдуваться» на разгрузке.
Это полупьяное существо то и дело норовило «зажать» Ирку в полсобке, причём почти всегда это ему удавалось. Он будто чувствовал, когда она там одна и заставал её врасплох за уборкой.
Вот и в этот раз Ирка была «вероломно» «захвачена» во время мытья пола под большим разделочным столом в самой недвусмысленной позе, а именно, на четвереньках с мокрой тряпкой в руках.
Васька плотно «насел» на беспомощную женщину сзади и сверху так, что почти полностью лишил её свободы действий. Ирка безуспешно сопротивлялась, но как всегда слабо и обречённо, будто для видимости, прекрасно понимая, что Васька всё равно «потрогает» её везде, где ему захочется.
На этот раз одним «троганием» дело не закончилось.
— Вот ведь схватил, стервец! — сдавленно шептала Ирка, — Не шолохнёшься!
Васька, жарко дыша винным выхлопом в затылок согбенной под ним «жертвы», с чувством мял её нежные груди, попутно не торопясь расстёгивая пуговицы её рабочего халата.
— Ты что это, алкаш! — возмущалась Ирка, трепыхаясь в железных объятиях грузчика, — Совсем, что ли?!!
— Да ладно, — тихо рычал ей в ухо Васька, — У тебя же нет никого, ходишь, ни себе ни людям...
— Вот, гад! — думала про себя Ирка, — Уже и между ног залез... Пьяный, а своё дело знает, скотина!
Силой раздвинув иркины ноги, Васька гладил и тёр большой жёсткой ладонью её живот и мягкое лоно...
Ирка слегка ослабла, обмякла...
Почувствовав это, Васька аккуратно задрал уже совсем расстёгнутый иркин халат, и тонкую сорочку. Её аппетитная попка, обтянутая белыми трусиками, соблазнительно вздымалась вверх, ведь Ирка по прежнему стояла на четвереньках.
— Ой, что делает, гад! — лихорадочно думала она, — Везде достал, бесстыжий! Щас вставит!!!
Васька самозабвенно ласкал иркину промежность, ставшую доступной со всех сторон, и спереди и сзади, «попутно» гладил её ляжки, ягодицы.
Ирка почти сдалась, трусики предательски увлажнились
— Бесстыжий! Бесстыжий! — повторяла она про себя, — Что делает! Хорошо-то как! Наверное дам... Гад! Щас дам!...
Васька стащил с неё трусики, халат, сорочку, бюстгалтер...
— Я голая! Щас он мне... !
Влажные, мягкие половые губы податливо раздались, впуская в свою глубину приятных размеров член, Ирка ахнула, и с наслаждением нанизалась на него.
Соскучившаяся по мужской ласке, Ирка с удовольствием отдавалась пьяному грузчику, позабыв на время все обиды.
— Ну, вот, теперь уж всё... Добился таки, алкаш... А-ах!
Всё шло «как по маслу». Склонившись на иркину спину, Васька обхватил большими тёплыми ладонями обе её груди, и
