сейчас, Инга. Только продумав и всё решив, надо начинать, но идти уж до конца. В противном случае заклюют, раздавят, а хорошо жить всем хочется. А тебя я всё же добьюсь, я чувствую твой потенциал, твою темпераментность в жизни, а значит и в любви тоже. Ты ведь любишь именно напор и чтобы получать при этом своё, в жизни, наслаждение. В этом мы похожи с тобой. Вот и чайник твой вскипел, делай кофе, Инга. А потом я тебя поцелую всё же.
Они сидели и пили кофе. Потом Илья встал, собираясь уходить, подошёл к Инге прибирающей на столе, развернул её и крепко поцеловал. Инга ответила на поцелуй.
— — ----------------------------------------------------------------------------------
Секретарша, она и в Семёновке секретарша...
— — ------------------------------------------------------
В свою контору или офис, как принято сейчас называть, Илья Сергеевич, или просто Илья, как он просил называть его Ингу, вернулся около пяти, сотрудники все уже разошлись или готовились уйти. На месте была только секретарь, двадцатишестилетняя, красивая женщина, двоюродная сестра его жены, однако, разбирающаяся в ведении документации и умеющая пользоваться компьютером, за что он и взял её секретарём, а не из за родства, так как не долюбливал её муженька — сожителя, пьяницу и склочника. Первое время тот даже следил за женой, считая, что раз секретарша, то шлюха для начальника. Потом поутих, не видя причин для скандалов с женой и её начальником, но пить стал ещё больше, вытаскивая деньги из карманов жены или из её сумочки. Разговоры на него не действовали. Он просто обзывал жену блядью и уходил пить в лес с мужиками, на их место, оборудованное столиком и скамейками. Лиза плакала, но это не помогало.
Сейчас она тоже была взвинчена, муж пришёл к ней на работу и ей, чтобы выставить его, отвязаться, пришлось дать ему денег, чтобы только он ушёл, не позорил её.
— Что случилось, Лиза? — Спросил Илья, подходя к ней. Она заплакала и уткнулась носом ему в грудь. Илья ласково погладил её по голове.
— Не знаю уже, что и делать, Илья. Замучил совсем, пришёл на работу, за деньгами на выпивку. Хоть разводись, сил никаких нет с ним ладить. Ему только нажраться и всё.
— Я, вообще то, не пойму тебя, Лизонька. Чего ты за него держишься? Детей от него у тебя нет, давно уж надо выгнать его к чёртовой матери. Ты же красивая и умная женщина, зачем тебе этот алкаш, живущий за твой счёт? Работать он не хочет, да и кто его возьмёт на работу, такого. Разводись ты с ним, а то ещё пацана испортит, ему же семь лет уже, всё понимает и видит, что твой муж творит дома. Лёнька же не его сын, как я понимаю?
— Не его, Илья. Ты прав, надо выгонять, а нормальный же был мужик, когда сошлись мы с ним. Ласковый, и к Лёньке хорошо относился. Ладно. Мы ведь не расписаны с ним, пусть катится на все четыре стороны, он даже не прописан у меня.
— Молодец! Давно надо было решиться на это. Если будет выступать, дай знать мне. Вылетит вообще из деревни.
Илья обнял Лизу и ласково поцеловал в губы. Лиза вздохнула и ещё крепче прижалась к нему. Он тоже прижал её к себе и положил руки на её круглую и упругую попку.
— Ох, Илья, я так желала, всё это время, как работаю у тебя, чтобы ты захотел меня.
— Я и хотел тебя, с самого первого дня, Лизонька, только не хотел скандалов и лишних сплетен в деревне. Закрывай контору изнутри, до прихода технички нам хватит времени.
Лиза взяла ключ, проверила все кабинеты и закрыла входную дверь на ключ. Пришла и несмело подошла к Илье. Он обнял её, она тоже обняла его за шею, и они стали неистово целоваться. Взяв Лизу на руки, он пронёс её в свой кабинет и уложил на мягкий и широкий диван, стали раздеваться и, через минуту, он лежал на ней и его член входил в её жаркую расщелину. Первые нежные толчки в её влагалище и Лиза, застонав, прижалась к нему, поднимая ноги согнутые в коленях.
— О! Боже! Как я хочу тебя! Уже год почти не была под
