Ольгу на диван. Задрал её ноги выспрь, и стянул с Ольги трусики. Развёл её лядвия в стороны и припал устами к Ольгиным половым губам. Начал целовать её киску и лизать у неё там. Ольга раскраснелась, растащилась, размякла. Дядя Миша долго ею наслаждался. А я, встав на колени, опёрлась десницей о пол, а шуйцей взяла хер дяди Миши, долго и настойчиво его ему дрочила.
Дядя Миша возделся, пристроил свой кутак к Ольгиному влагалищу, вошёл в неё, углубился, начал её пендрючить, активно работая лядвиями. Громкие вскрики, пыхтение и хлюпающие звуки наполнили гараж. Я смотрела на этот акт, смотрела на мужскую одержимость, на его страстные телодвижения, на борзо двигающуюся задницу. Смотрела на отрешённый лик своей подруги, на её закрытые вежды и слушала несдержанные её крики.
В пылу страсти они всё же не забыли про меня. Ольга встала, и я, стянув трусики, легла на тёплое ещё после Ольги ложе, широко раздвинув лядвия. Дядя Миша пристроился ко мне, приноровился — вошёл в мя. Запустил свой челнок в дрейф по обильным водам моей пещеры. Зело даже — зело было приятно оттого, что он скользил там, во мне. Мы синхронно двигались. Дядя Миша, нависая надо мной, разглядывал красоту моего лица, впитывал мой запах, получал удовольствие от моего тела.
А мне всё-таки было интересно, что ему более приятней: познавать юный 14-летний, до невозможности зажатый бутон, — иль наслаждаться сочным, созревшим плодом? Наверное, и в первом и во втором случае есть свои прелести.
Дядя Миша устал двигать стегнами — и сел на диван. Ольга залезла на него сверху. Насадившись на его хер, она стала активно двигаться вверх, вниз, а руце мужские вцепились в Ольгину задницу. Я сидела рядом на диване, раздвинув ноги и натирая свой бутон, егда в гараж зашли они...
Те двое пузатых мужей, которых мы видели, когда шли сюда, одного из них звали Гена.
Они узрели эту необузданную картину: одна гламурная дивчина, оседлав сверху Михаила, борзо прыгает на нём и стонет от наслаждения, а другая в красном задранном платье (то есть я), сидит, расширив ноги, и ласкает самоё себя. На их лицах я прочитала не столь удивление, сколь восхищение.
— Я же говорил тебе, Олежа, они где-то здесь.
Значит, второго зовут Олег. Я встаю и подхожу к нашим гостям, покачивая бёдрами. Платье задрано, но я даже не думаю опускать его. Обнимаю мужчин. Я их выше на полголовы. Мои груди обнажены, моя киска обнажена. Я улыбаюсь мужчинам.
— Меня зовут Наталья, а это моя подруга Ольга.
И тут же тот, который Гена, начал целоваться со мной. Наглаживая моё тело, обоюду мужчины в четыре руки стали меня хапать за все места, жадно и неистово. Мне нравилась эта грубая страстность. Я нащупала через штаны их пенисы. Извлекла их. Стала надрачивать.
А потом меня нагнули. Заставили пошире расставит ноги; Генин половой хер вонзился в мой рот, Олежкин хер проник в моё лоно. Сразу за Генкой стоял верстак, и я опёрлась о него руками, начав активно работать головой, насаживаясь на его уд, в то время как Олег, штырил меня сзади.
Мне кажется, я была пьяна, и потому позволила этим мужикам так резво мной овладеть. Ольга тоже была пьяна, поэтому она нисколько не возмутилась, когда Олег, встав на диван, направил свою шматину Ольге в рот и заставил её сосать. Я в это время стояла, нагнувшись, двумя руками опираясь о верстак, а Генка, рыча от удовольствия, пендрючил меня.
Началась чехарда.
Я то и дело сосала чей-то хер, уже не разбираясь, кому он принадлежит. На кого-то садилась сверху, под кого-то ложилась. Порою чей-то хер врывался в мой афедрон и хозяйничал там. Иногда позы были очень неудобны. Я телом своим то и дело переплеталась с Ольгой и видела, как её так же неистово жмарят во все щели, как она увлечённо сосёт.
Я лежала на спине, мои ноги были задраны, меня кто-то шпилил, голова моя, почему-то, оказалась на весу. И тут подходит Гена, чуть присаживается, и впихивает свой
